Глава 28: Трещина в тишине

Дом уже стих, но Се Бек всё ещё не могла уснуть. День вымотал её. Попытка Нам Бока, напряжение за столом, странные взгляды жильцов — всё смешалось в голове, будто гул далёкого эха.
Она сидела на кровати, в белой кофте и чёрных штанах, завернувшись в плед, и смотрела на тусклый свет фонаря во дворе через маленькое окошко. Когда за дверью раздался мягкий стук, она вздрогнула.

— Это я, — прозвучал знакомый голос.

Она встала и открыла. На пороге стоял Мунджо — усталый, с чуть взъерошенными волосами, как будто последние часы провёл не в покое, а в борьбе.

— Можно? — спросил он.

Она кивнула. Он вошёл, закрыл за собой дверь и на мгновение просто посмотрел вокруг — будто хотел убедиться, что здесь всё по-прежнему спокойно.

— Они сегодня обсуждали тебя, — сказал он. — И меня.

Се Бек опустила глаза.
— Я догадывалась..

— Нам Бок не успокоится. После вчерашнего он чувствует себя загнанным. А Юн Гук не любит, когда кто-то выбивается из их правил.

— И ты тоже выбился, — тихо заметила она.

Он усмехнулся, но без радости.
— Я выбился уже тогда, когда позволил тебе остаться.

Он подошёл ближе, присел на край кровати. Между ними оставалось полметра — не расстояние, а граница, которую они оба чувствовали.

— Ты могла уйти, — продолжил он. — После первого дня, после всего, что видела. Почему не ушла?

— Куда? — она взглянула на него. — В этот город, где я никому не нужна? В мир, где никто не спрашивает, как ты спишь ночью? Здесь страшно, да. Но хоть кто-то видит, что я есть.

Он молчал. Только пальцы на мгновение сжались в кулак.

— Видеть — опасно, — сказал он после паузы. — Здесь это слабость.

— А для тебя?

Он посмотрел на неё, и этот взгляд был почти человеческим, без его привычной маски.
— Для меня… — он замолчал, подыскивая слова, — это напоминание, что я не совсем умер.

Она тихо выдохнула.
— Значит, всё-таки жив.

Мунджо усмехнулся уголком губ, но в этой усмешке было что-то хрупкое.
— Не уверен. Я забыл, как это — чувствовать. Здесь проще быть чем-то вроде пустоты. Без страха. Без жалости. Без… — он не договорил, но она поняла.

Тишина между ними сгущалась. С улицы доносился шелест ветра и тут Се Бек подняла на него взгляд, через мгновенье он сделал тоже самое, и они смотрели друг на друга— два человека в старом доме, где даже воздух знал слишком много тайн.

— Ты всё время стараешься быть сильным, — сказала Се Бек. — Но это тоже страх. Только другой.

Он поднял взгляд.
— Страх чего?

— Что тебе не простят, если ты вдруг станешь добрым.