Глава 4
Гу Фэй выкатил мотоцикл к дверям. Гу Мяо, прижимая к себе скейтборд, ловко вскарабкалась на заднее сиденье, обхватила его за талию и прижалась щекой к спине.
— Дай на лицо гляну, — Гу Фэй обернулся.
Гу Мяо подняла голову.
— Слезы еще остались, вытри, — сказал он.
Гу Мяо тыльной стороной ладони потерла глаза, а потом рукавом вытерла под носом.
— Эх, — вздохнул Гу Фэй. — Будь ты пацаном, и то считалась бы замарашкой.
Гу Мяо улыбнулась и снова прижалась к его спине.
Гу Фэй завел мотор и взял курс прямиком на торговый центр в центре города. Для Гу Мяо понятие «пир» означало только одно конкретное место — корейское барбекю-самообслуживание в этом ТЦ.
Эта девчонка в некоторых вещах была упряма до крайности, и её нежелание есть где-либо, кроме этого заведения, было одним из таких бзиков.
Главный плюс маленького города в том, что центр тут один, и из любого района до него рукой подать.
Правда, в это время в ресторане был самый разгар, и когда они приехали, свободных столиков почти не осталось.
— У вас сегодня есть какие-нибудь акции? — спросил Гу Фэй у официантки, доставая телефон в поисках купонов. Попутно он щелкнул Гу Мяо по макушке: — Иди, поищи столик.
Гу Мяо бросила скейт на пол и уже занесла ногу, но он тут же прижал доску своей ступней:
— Пешком иди.
— Оставить скейтборд на стойке регистрации? — с улыбкой спросила официантка.
Гу Мяо покачала головой, молниеносно подхватила скейт и прижала его к груди.
— Пусть при себе держит, — разрешил Гу Фэй.
Гу Мяо вприпрыжку убежала в зал.
— Твою мать, ну не трави ты душу этим своим «хочу есть», — Пань Чжи сглотнул слюну в трубку. — Я серьезно, приеду к тебе завтра или послезавтра, сводишь меня туда. У нас за такую цену столько мяса не увидишь.
— Твоя семья на Новый год решила податься в благотворительность и раздать всё имущество бедным? — Цзян Чэн прижимал телефон плечом к уху. В одной руке у него была тарелка, в другой — щипцы. Он медленно набирал еду: грудинка, мраморная говядина, снова грудинка... На самом деле, выбор блюд его мало волновал — он всегда брал одно и то же.
— Да разве в этом дело? — голос Пань Чжи стал тише. — Мы же договаривались в прошлом семестре, что на каникулах вместе пойдем на барбекю. В итоге и мяса нет, и тебя не видать.
— Когда приедешь — живи в отеле, — Цзян Чэн отложил щипцы, взял еще одну тарелку, водрузил её поверх первой и продолжил набирать мясо. — И бронируй сам. У меня сейчас ни на что сил нет.
— Да я могу и у тебя перекантоваться, — отозвался Пань Чжи.