🌙 Часть 12. Ночные тревоги.
Ночные тревоги
Геральт проснулся от тихого всхлипа прямо у своего уха. Его рука инстинктивно рванулась к мечу, но вдруг... наткнулась на что-то тёплое. Кто-то лежал рядом.
В слабом свете луны, пробивающемся сквозь щели ставней, он увидел – нет, разглядел – бледное, почти прозрачное очертание тела. Лютик. Настоящий. Плоть и кровь. Но будто сотканный из утреннего тумана – видимый, но ещё не до конца вернувшийся в этот мир.
— Лютик...? – голос Геральта сорвался.
Бард вздрогнул. Его голубые глаза – настоящие, влажные, живые – широко раскрылись.
— Я... я думал, ты не видишь меня... – прошептал он, и его голос звучал так же, как прежде – чуть насмешливо, но сейчас в нём дрожали слёзы.
Геральт протянул руку и коснулся его щеки. Кожа под пальцами была прохладной, но уже не призрачной – плотной, осязаемой.
— Вижу. И чувствую. Всё.
Лютик замер, потом резко вжался в него, обхватив руками так крепко, что у Геральта перехватило дыхание. Он пах – травами и чернилами.
— Мне снилось, что я так и останусь... тенью, – Лютик говорил прямо в его шею, горячее дыхание обжигало кожу. – Что ты пройдёшь сквозь меня, даже не заметив...
Геральт перевернул его на спину, ощущая под ладонями каждый изгиб тела – рёбра, ключицы, учащённый пульс у основания горла.
— Дурак. Я бы нашёл тебя даже в ином измерении.
Лютик фыркнул, но в глазах стояли слёзы:
— Даже если бы пришлось... просить помощи у Йеннифэр?
Геральт нахмурился, но пальцы мягко провели по его бёдрам, заставив барда вздрогнуть:
— Даже если бы пришлось выслушивать все твои похабные песни. Подряд. Без перерыва.
Лютик рассмеялся – и этот звук, этот живой, звонкий смех, заставил сердце Геральта сжаться.
— Врёшь как дышишь, – но он потянулся вверх и прижался губами к его рту – робко, почти нерешительно.
Геральт ответил немедленно. Поцелуй был горячим, настоящим – Лютик вкусил на его губах мед и дым костра, а Геральт – сладость эля и что-то неуловимо лютиковое. Когда они наконец разъединились, бард тяжело дышал, его пальцы вцепились в волосы Геральта:
— Значит... я действительно вернулся?
Геральт провёл рукой по его груди, чувствуя под ладонью стук сердца – быстрый, как крылья колибри.
— Да. И если снова исчезнешь – я тебя привяжу к кровати.
Лютик захихикал, но в его глазах вспыхнул знакомый огонёк:
— Обещание или предложение, ведьмак?
Геральт ощутил его полностью – каждую линию тела, каждый мускул, каждый вздох – и притянул ближе.
— И то, и другое.
За окном начинался рассвет, но им было плевать. Лютик был здесь. И этого было достаточно.
Лютик вскинул бровь, когда Геральт внезапно приподнялся над ним, отбрасывая тень на его всё ещё полупрозрачное тело.
— Привяжешь к кровати, говоришь? — бард растянул губы в дерзкой ухмылке, но голос дрогнул, когда пальцы Геральта обхватили его запястье. — Смелые заявления. А чем, интересно?
Геральт наклонился, и его губы коснулись впадины под ключицей Лютика — тепло языка заставило барда ахнуть.
— Ремнём от меча.
— О-о, конкретно... — Лютик выгнулся, когда грубые пальцы прошлись по его рёбрам. — Но я, вообще-то, планировал сегодня утром сочинить балладу о...
Фраза потонула в стоне — Геральт захватил его губы снова, на этот раз медленнее, глубже. Рука ведьмака скользнула вниз, и Лютик резко вцепился в простыни.
— Баллады подождут.
***