Глава 2. Последняя капля

Мэри меня отругала. За что, я так и не поняла, но на душе лежал камень неподъёмный для меня, и через силу мне пришлось сдерживать слёзы.

Придя в себя, я обработала рану от падения, наскоро сделала все уроки и легла спать, несмотря на то, что было всего восемь часов вечера.

На следующее утро я снова встала, опоздала в ванную, позавтракала и пошла на автобус. День прошёл, как и вчера, но ссор сегодня не было. Видимо, отец до сих пор не вернулся. Я была удивлена, ведь у нашей семьи и одного дня не было без брани и рукоприкладств! Даже по праздникам приходилось выслушивать всё, что накипело на душе у родителей. А я? А кто послушает о моих проблемах? Кто снимет с моей души, с каждым разом всё нарастающую глыбу проблем и неудач – этот неподъёмный камень, который я тащу через всю свою ещё короткую жизнь? Никого это не волновало. А родители делали этот булыжник всё тяжелей и тяжелей.

Иногда душевная боль становилась невыносимой, и я плакала... Плакала без особой причины. Поднимала руки к небу и кричала: «За что? За что Ты меня так ненавидишь? Что я Тебе такого сделала?». Тишина...

Мне стало понятно, что на небе никто не слышит мои молитвы, но я молилась каждую ночь, надеясь, что Бог меня заметит.

Хоть мы и живли в старом районе города, где люди чтят традиции и ходят в церковь каждое воскресенье, нас считали белыми воронами, отбросами. Отец думал, что это напрасная трата времени, ходить на службы и молится. Он не верил в Бога, а я хоть чуть-чуть, но верила. Кто-то же должен следить за людьми и творить чудеса. Или это делает не Бог?

За каждой посланной мною молитвой следовало горькое разочарование, и каждый раз я всё больше теряла надежду на Его помощь.

Вся следующая неделя прошла на удивление нормально. Я даже поверила в силу молитвы. Ведь когда-то же должно было случиться чудо. Но вот счастье было недолгим и началось истинное веселье, конечно же, не для меня, что окончательно убило во мне и веру, и надежду на спокойную жизнь.