Глава 25

Антон

Мы все так же сидели с Артёмом в гостиной. Оба уже достаточно пьяные, чтобы обсуждать какие-то вещи, который на трезвую голову мы бы не смогли озвучить, но все ещё адекватные. Брат смотрит в потолок, откинув голову на спинку кресла. В глянцевом потолке – наши искаженные отражения. Он рассматривает их, и мне интересно, о чем именно он думает. Хотя я догадываюсь.

— Не вини себя, — прерываю я наше молчание. — Ты сделал все, чтобы и я, и мама были в порядке. Спасибо, Артём. Теперь моя очередь.

Он все ещё думает, что можно что-то сделать, все ещё верит, что я поддержу его сумасшедшую идею, рискнув жизнями дорогих мне людей. Но я скорее сдохну, нежели сделаю это. Артём усмехается куда-то в потолок, прикрывает глаза и и вытягивает ноги.

— Я когда маленьким был, батя постоянно травку домой таскал, оружие всякое. — Я поворачиваюсь к Артёму, но он все так же сидит с закрытыми глазами, и выглядит так, будто совсем затерялся в своих воспоминаниях. О таком дерьме я ещё не слышал. — Мы жили очень небогато, и он постоянно закусывался с местными. Это он позже стал важным дядькой с кучей шестерок, которые все для него делают. А раньше он лез в эту грязь сам, вовлекал в это и меня, и маму. Во мне он видел того, кто продолжит его дело, которое только зарождалось тогда.

— Ты не твой отец.

Артём молчит, ничего не отвечает, но было видно, что для него эти слова несут огромную значимость. Столько времени прошло, и только сейчас я понимаю, почему он именно такой, какой есть: не верит, что его можно любить, и не верил – исключительно благодаря Кире я употребляю это слово в прошедшем времени, – что может любить сам, озлобленный, но, на самом деле, просто запуганный перспективой стать однажды таким же, как отец. Я знал об этом и раньше, но теперь лишь убедился в этом окончательно. Но Артём ещё не договорил: