Глава: 25 [1944]
Прошло пару месяцев, и настал 1944 год. Девушка по имени Софи сидела в комнате и переодевалась в другую одежду. Она смогла немного отмыться от грязи, которая прилипла к ней за время скитаний, но каждый раз, когда она смотрела в зеркало, ей казалось, что позади стоит облик того, кто мучил её на протяжении года. Он словно нависал над плечом - его холодные руки скользили по её обнажённой фигуре. От этого ощущения она чувствовала себя ещё грязнее, словно никакая вода не могла смыть следы пережитого ужаса. С отвращением и страхом Софи отвела глаза от зеркала, стараясь отогнать наваждение.
Вдруг в комнату постучали.
- Софи, ты там? - спросил голос БССР, которая заглянула в дверной проём и ужаснулась. Девушка перед ней была вся изранена: на бедре виднелся огромный ожог в виде креста - метка немца, на спине - отчётливые следы от плети, на шее - след от укуса. - О Господи... Это Рейх с тобой сделал?
- ...Да, он, - сказала Софи, надевая рубашку и штаны. Её голос звучал глухо, будто доносился издалека.
- Боже мой, как ты вообще не сошла с ума? - пробормотала БССР. Подойдя к Софи, она обняла её в крепких дружеских объятиях.
- Бел, не беспокойся, мне уже не больно, - пробормотала Софи, но Беларусь ничего не сказала. Она продолжала обнимать подругу, и Софи не выдержала: из её глаз потекли слёзы. Все эмоции, которые она скрывала два года, вырвались наружу, словно прорвавшая плотину река.
Беларусь держала Софи в объятиях, утешающе гладила по спине. Девушка рыдала - весь накопленный стресс, вся боль, все кошмары, терзавшие её душу, вырвались наружу. Она плакала, пока голос не охрип, а силы не покинули её. Наконец, измученная, она заснула прямо в объятиях подруги.
- Эй, Софи, пр... Беларусь? Что случилось? - испуганно воскликнул РСФСР, подбегая к девочкам. Он зашёл к ним вечером, чтобы узнать, как дела у Софи, но увидел свою сестру, которая держала Софи в объятиях, а та тихо посапывала.
- Ничего страшного, брат. Просто Софи пережила очень многое, - сказала Беларусь, поднимая свою подругу. Россия помог ей: вместе они перенесли Софи к койке и аккуратно положили её туда.
- Так что случилось? - спросил Россия, его голос дрожал от тревоги.
- Просто я увидела её шрамы. У неё везде шрамы, Россия: на спине, на шее, на ноге, - пробормотала Беларусь, не скрывая от старшего брата ничего. Её глаза наполнились слезами.
- ...Понятно. Я ожидал чего‑то подобного, - пробурчал Россия, мягко поглаживая Софи по голове. Его пальцы осторожно коснулись её волос, словно он боялся причинить боль.