LV

Три недели.

Двадцать один день новой, непривычной, почти идиллической жизни. Война осталась в прошлом, как страшный, но уже далёкий сон. Вилла на берегу озера окончательно превратилась из крепости в дом. Их дом.

Каждое утро начиналось с совместного завтрака. Руслан так и не научился готовить, но он идеально заваривал кофе и знал, как Рита любит тосты. Потом они расходились по кабинетам. Их новое дело — неформально названное «Ангелом-Хранителем» — медленно, но верно набирало обороты. Они не искали врагов. Они искали пропавших. С помощью «Призрака» и его команды они находили жертв таких, как «Цирцея», и возвращали их к жизни. Это была тихая, методичная работа, приносящая глубокое, выстраданное удовлетворение.

Вечера были священны. Ровно в семь они прекращали работу, спускались в гостиную и садились у камина. Никаких телефонов, никаких отчётов. Только они, потрескивание поленьев и чашка чая. Иногда они молчали, иногда говорили — о планах, о книгах, о том, чтобы съездить к Титовым или, возможно, самим куда-нибудь отправиться. Просто посмотреть мир.

Этот ритуал стал для них символом мира. Якорем, державшим их в гавани спокойной жизни.

Двадцать первый вечер ничем не отличался от предыдущих. Рита сидела на мягком ковре, прислонившись спиной к дивану, на котором расположился Руслан. Он читал ей вслух какую-то старую книгу стихов, его низкий голос был ровным и спокойным. Она закрыла глаза, наслаждаясь теплом огня и звуком его речи.

И вдруг... волна. Сначала просто лёгкая дурнота, едва заметное подташнивание. Она не придала этому значения, списав на усталость. Но через несколько минут тошнота накатила снова, уже сильнее, заставив её слегка поежиться.

Руслан сразу заметил. Он замолчал.
— Что-то не так?

— Ничего, — она попыталась отмахнуться, но её лицо, должно быть, выдавало её. — Просто... немного тошнит.

Он отложил книгу, его взгляд стал пристальным и мгновенно собранным. Охотник, учуявший малейшее изменение в обстановке.
— Съела что-то?

— Нет, всё как всегда.

Он прикоснулся к её лбу губами.
— Температуры вроде нет.

— Говорю же, всё нормально, — она попыталась улыбнуться, но новая волна тошноты заставила её побледнеть. Она встала, чтобы пройтись, но мир поплыл перед глазами.

В следующее мгновение он был уже рядом, поддерживая её.
— Всё, хватит. Вызываю врача.

— Не нужно, Руслан, просто пройдёт...
— Молчи, — его голос прозвучал мягко, но не оставляя пространства для возражений. — Я не рискую. Никогда.