Глава 7

– А если вы с Адрианом поженитесь, возьмете меня к себе? – комок сэндвича застревает в моем горле. Лицо становится сначала пунцовым, потом – бордово-красным, я чувствую это. А Люси стоит как ни в чем не бывало и хлопает ресницами.

– Ты что несешь? – хриплю я и снова кашляю. Дыхание восстанавливается с трудом.

– С днем рождения, Грета! – восклицает Люси, вскидывая руку с кружкой чая так, что из нее выливается примерно половина содержимого. – Тебе уже восемнадцать!

Я застываю на месте и не моргая смотрю на мартышку. Ее восторг и радость меня совершенно обезоруживают, и я совершенно теряюсь в пространстве. Тем временем Люси обходит меня, берет швабру из угла кухни и вытирает чайную лужу на полу.

– Если вы поженитесь, можете взять меня под опеку, или как это делается, – бурчит она, а я настолько растеряна, что не могу даже рассмеяться ее словам.

– Я не... – не успеваю договорить, потому что на кухню входит Адриан, и он улыбается неестественно радостно. Неестественно – потому что такое счастье может существовать только за гранью моего понимания, ведь в моем мире не существует этой глупой неописуемой радости. Но Адриан улыбается, потому что в его руках огроменный торт, усыпанный дольками самых разнообразных фруктов из тех, что растут здесь, на острове, и сверху из долек цитрусовых торчат зажженные свечи.

– С днем рождения! – кричат Люси с Адрианом наперебой, а я стою, как вкопанная, даже пошевелиться не могу.

Угораздило же меня родиться в день наивысшего торможения моего мозга.

– Ну же, задувай, Грета! – кричит Люси, и на секунду я удивляюсь тому, как пренебрежительное «Генри» теряется в прошлом. Неожиданно в голове что-то щелкает, и приятное тепло растекается по всему телу, а дрожь становится не такой сильной, но вибрацией сохраняется на ладонях. И чисто рефлекторно уголки моих губ подскакивают вверх, хотя я стыдливо опускаю глаза и тру ладони друг о друга, сохраняя вибрацию на них. Я делаю шаг в сторону Адриана, боясь встретиться с ним взглядом, закрываю глаза и набираю в легкие побольше воздуха.

«Что загадать?» – мелькает в голове вопрос, но я забываю о нем и задуваю свечи просто так. Когда гаснет последняя, я все же вспоминаю, что забыла про желание, и судорожно бурчу себе под нос что-то о том, чтобы все наладилось, чтобы впереди была только такая маленькая кухонка и улыбающиеся люди в ней, а не весь этот мусор и хлам, который наполняет мою жизнь последние пять лет.