УРОКИ ОТЦА
Весь день Лиам провёл в напряжённом ожидании. Каждое движение теней за окном, каждый скрип половицы заставлял его вздрагивать. Он ждал нового появления Кассиана — того, кто назвался его отцом. Ждал с мучительной смесью страха, ненависти и того самого гипнотического притяжения, которое он ощутил прошлой ночью.
После ужина, который он снова кушал в одиночестве за необъятным столом, к нему подошёл Вильям.
— Его Сиятельство ожидает вас в своей библиотеке, господин. Позвольте проводить вас.
Сердце Лиама ёкнуло. Путь по знакомым уже коридорам казался дорогой на эшафот. Вильям остановился перед массивной дубовой дверью, украшенной чёрным металлом, и беззвучно отворил её.
— Его Сиятельство ждёт.
Лиам переступил порог. Комната была не похожа на светлую и просторную библиотеку, где проходили занятия. Это было место силы. Высокие потолки тонули в тенях, а стены от пола до потолка были заставлены старинными фолиантами в кожаных переплётах. Воздух был густым и пряным, пахнущим старым пергаментом, сушёными травами и чем-то металлическим. В камине полыхал огонь, но он, казалось, не столько согревал помещение, сколько отбрасывал тревожные, пляшущие тени.
В центре комнаты, в кресле с высокой спинкой, похожем на трон, сидел Кассиан. Он не читал. Он просто сидел, уставившись на пламя, и его благородное, резкое лицо в свете огня казалось высеченным из тёмного мрамора. Он был одет в тёмный домaшний камзол, и при его виде Лиам снова почувствовал тот же трепет — смесь ужаса и непреодолимого любопытства.
— Подойди, Лиам, — произнёс Кассиан, не поворачивая головы. Его бархатный голос заполнил комнату, заглушив тихий треск поленьев.
Лиам послушно сделал несколько шагов вперёд, остановившись на почтительном расстоянии.
— Ты ненавидишь меня, — констатировал Кассиан. Это был не вопрос, а утверждение. — Это естественно. Ты видел смерть. Твою мать забрали у тебя. Твою жизнь перевернули с ног на голову. Ненависть — понятная реакция. Но это топливо для слабых. Для тех, кто не может преобразовать свою боль во что-то большее.
Он медленно повернул голову и устремил на Лиама свой пронзительный, ледяной взгляд. В нём не было ни злобы, ни упрёка. Лишь холодная, аналитическая оценка.
— Ты — моя кровь. Моё наследие. И я не позволю тебе утонуть в примитивных эмоциях. Сегодня ты получишь свой первый настоящий урок.
Кассиан поднялся с кресла. Его движения были плавными и невероятно грациозными, в них чувствовалась сила хищника, привыкшего владеть пространством.