The 101
Мы вернулись в лагерь менее чем за час. Адреналин подстёгивал нас двигаться быстро, почти на бегу — идти медленно, останавливаться, отдыхать просто не имело смысла. Нужно было как можно скорее добраться до остальных и предупредить: на Земле мы не одни. Кто-то ещё выжил. Кто-то опасный.
Мы шли молча. Ни у кого не было сил на разговоры, да и желания — тоже. Гудящая боль в голове от раны никуда не исчезла, наоборот, от резких шагов всё чаще отдавалась пульсацией. Ноги ныли от усталости, но я не жаловалась. Сейчас у нас были проблемы куда серьёзнее, чем боль в мышцах или головная ноющая тяжесть. Мы все чувствовали это — над нами сгущалась реальность, от которой больше не сбежать.
Когда мы добрались до лагеря, нас встретила сцена, от которой я внутренне сжалась. Уэллс и Мёрфи сцепились — не словами, а на ножах. Я бросилась к спуску, чтобы лучше видеть, как Кларк метнулась вперёд, стараясь остановить бойцов. Уэллс уже прижал лезвие к горлу Мёрфи, и если бы она замешкалась хоть на секунду — последствия могли бы быть фатальными.
— Что вы творите?! — выкрикнула я, ошарашенная происходящим. Голос мой дрожал не от страха, а от злости.
В этот момент Беллами подбежал к Октавии — проверял, в порядке ли она. Его лицо потемнело от напряжения, когда он заметил, что мы вернулись с пустыми руками.
— Где еда? — резко спросил он, его взгляд метнулся ко мне, обвиняющий, как будто это я виновата, что на нас напали.
Финн ответил раньше меня, спокойным, но напряжённым голосом:
— Мы не дошли. На нас напали.
Я молча посмотрела на Беллами, и его глаза прожигали меня — как будто в них кипела вся ярость за провал.
Кларк вмешалась, не дожидаясь, пока мы сорвёмся
— Хорошая новость — мы можем тут жить, радиация не убьёт нас. Плохая — нас могут убить местные. На Земле есть выжившие.
Она произнесла это почти на одном дыхании, и в её голосе слышалась тревога, которую невозможно было проигнорировать.
— Где тот парень в очках? — обеспокоенно спросил Уэллс. Его глаза метнулись от нас к лесу, как будто он всё ещё надеялся увидеть Джаспера, бегущего из-за деревьев.
— Его забрали, — прошептала я, с трудом выговаривая слова. — Метнули копьё ему в грудь… А когда мы вернулись за ним — он уже исчез.
Я перевела взгляд на Октавию. Она молчала, в глазах стояли слёзы.
Кларк внезапно схватила Уэллса за руку: — Где твой браслет? Он ведь был на тебе, когда мы уходили.
Уэллс кивнул в сторону Беллами: — Его спроси.
Кларк тут же подошла к нему, вся сжавшись, словно в ней закипала ярость.
— Сколько? — спросила она.