The 101

Хэда уже долго сидела у дерева в глубине леса, неподвижно уставившись в одну точку. Ей никогда прежде не было так больно — не физически, а душевно, морально. В руках Хэда сжимала свои шелковистые пряди, заплетённые в аккуратную косу. Теперь же коса была как напоминание о том, что ей осталось лишь одно — отомстить. Она твердо решила: не проживёт и дня, не начав мстить. Если Ким не будет страдать, значит её волосы были отрезаны напрасно, а обещание, данное матери, осталось невыполненным.

Собрав волю в кулак, Хэда встала и направилась к реке. Сняв одежду до нижнего белья, она осторожно вошла в воду. На этот раз это была не та река, где едва не утонула Октавия. Вода была лишь по пояс, теплой, без течения, прозрачной до самого дна, где можно было разглядеть каждый камушек и песчинку. Хэда окунулась несколько раз, позволяя воде смыть с себя кровь, слёзы и боль, но внутри пылал огонь мести. Затем она села на камень у берега, рядом из расстегнутого рюкзака торчал скальпель — холодный, острый, готовый.
Взяв скальпель в руку, Хэда поднесла его к шее, замерев на мгновение, словно пытаясь собрать последние силы. Она аккуратно срезала чуть-чуть волос сзади, чуть укоротила пряди по бокам и сделала ровную челку. Высохнут — станет лучше, — подумала она. Теперь волосы были чуть короче, чем у Мёрфи, и их нужно было срочно помыть. Она снова окунулась в воду, а капли холодной влаги вызвали болезненное жжение на ранах — на губе, носу, щеке и брови. Рана на ноге уже не болела так сильно, раны промывались, и заживление шло своим чередом.
После того как Хэда более-менее ополоснула тело, она аккуратно пошаркала майку, стараясь избавиться от грязи, затем так же поступила с штанами. Немного простирала их, чтобы не было неприятного запаха. Она оставалась в воде, позволяя одежде сохнуть на ветвях деревьев, но всё время оглядывалась, испытывая тревогу — будто из-за какого-то дерева в любой момент может выскочить Землянин и убить её копьём или стрелой. Всё же пыталась убедить себя, что не боится.