ГЛАВА16- «Сладкий запах крови.»

                                    ЛИЛИТ

Какая же дура Молли. Как она могла уйти, когда я просила её остаться здесь и отвлекать его от места, где я прячусь? Я сжимаю кулаки в вентиляции, чувствуя, как пыль забивается под ногти. Теперь я одна. А он — внизу.

Мне нечем дышать. Воздух здесь спрелый, тяжёлый, он застревает в горле, не попадает в лёгкие. Я чувствую себя как в канаве из пыли — мельчайшая, липкая, она забивает нос, оседает на губах, на ресницах. Каждый вдох даётся с трудом, каждый раз я прилагаю невероятные усилия, чтобы не чихнуть. Зажимаю ноздри пальцами, дышу через рот, медленно, почти беззвучно. Глаза слезятся, и я не могу их вытереть — руки в грязи, и если я дотронусь до лица, будет только хуже.

Я не понимаю, что он делает. Слышу его шаги внизу — тяжёлые, неторопливые. Он не крадётся, не ищет. Просто стоит у окна, курит. Я вижу его силуэт  — тёмный, неподвижный. Проходит минута, другая, третья.

— Хорошее место, — говорит он, и голос разносится по пустым коридорам. — Отличное, чтобы убивать.

Я вздрагиваю. Он усмехается — я слышу этот звук, низкий, довольный.

— Твоих родителей, например, можно здесь прикончить.

Он стряхивает пепел на пол, затаптывает ботинком. Начинает медленно спускаться на второй этаж — не спешит, не старается. Его шаги ленивые, вполсилы. Он открывает двери, заглядывает в палаты, но без интереса. Я слышу, как скрипят петли, как он что-то бормочет себе под нос — не разобрать.

И тут — я не могу больше терпеть. Пыль забивает нос, щекочет до рези, и чих вырывается раньше, чем я успеваю его остановить.

Я чихаю.

Звук громкий, резкий, он разлетается по вентиляции, ударяется о стены, возвращается эхом. Я зажимаю рот обеими руками, но поздно. Паника накрывает меня с головой — сердце пропускает удар, а потом начинает колотиться где-то в горле. Он услышал. Он всё слышал.

Тишина. А потом — смех. Его смех. Низкий, раскатистый, он заполняет коридоры, давит на уши, въедается под кожу.

— Будь здорова, ангелочек, — говорит он.

Шаги. Он начинает подниматься на третий этаж — медленно, не торопясь. Каждая ступенька скрипит под его весом, и этот звук отдаётся у меня в груди. Он выходит на площадку, останавливается. Я слышу, как он достаёт новую сигарету, прикуривает. Выдыхает дым. И снова начинает ходить по коридору — туда-сюда, открывает двери, заглядывает в пустые комнаты. Вполсилы. Ему будто всё равно.

В этот момент слышны шаги на лестнице. Быстрые, цокающие. Молли.