ГЛАВА- 1 «Король Ашерона»
ПСИХОПАТ
Кабинет пах антисептиком и дешёвым кофе. Этот запах въелся в стены, смешался с пластиком мебели и старой бумагой, создавая тошнотворный коктейль, от которого может начать болеть голова. Здесь он был на месте.
Свет лампы под потолком был слишком белым, почти больничным. Он выедал тени из углов, делая всё в комнате плоским и безжизненным: стол из светлого дерева, два кресла друг напротив друга, шкаф с папками, и часы на стене, которые тикали слишком громко.
Тик.
Тик.
Тик.
Психиатр сделал пометку в блокноте. Шариковая ручка оставляла на бумаге сухой, царапающий след. Он поднял взгляд.
— Итак... — спокойно сказал он. — Давайте вернёмся к вопросу. Что вы испытываете, когда причиняете людям физическую боль?
Парень в кресле напротив лениво развалился, закинув ногу на ногу. Чёрная куртка расстёгнута, под ней простая футболка, обтягивающая широкие плечи. Растрёпанные волосы темно каштанового цвета падали на лоб, на губах застыла лёгкая усмешка. Он был слишком расслаблен для человека на психиатрическом обследовании. Как зверь, который уже поел и теперь лениво наблюдает за суетой вокруг.
Он пожал плечами. Движение вышло плавным.
— Чаще всего... ничего.
Психиатр записал. Кончик ручки замер на секунду.
— Совсем ничего?
— Ну... — парень задумался, будто перебирал в памяти скучную коллекцию марок. Он смотрел в потолок, но краем глаза видел всё, как дрогнул кадык врача, как тот сильнее сжал ручку. — Иногда удовлетворение.
Он перевёл взгляд на врача и усмехнулся шире, обнажив ровные зубы. Улыбка была тёплой, почти дружелюбной. И от этого становилось не по себе.
— Знаете... такое спокойное. Как после хорошего секса. Или когда наконец заткнулся человек, который бесил. Вы же знаете это чувство, док? Когда сосед сверху перестаёт долбить перфоратором? Вот оно. Только глубже.
Ручка психиатра на секунду остановилась. Он поправил очки.
— Вы часто испытываете эмпатию?
— Нет.
— Сочувствие?
— Нет.
— Раскаяние?
Парень тихо фыркнул. Короткий, сухой смешок.
— Вы серьёзно?
Психиатр не отреагировал. Только желваки на скулах слегка напряглись.
— Отвечайте.
— Нет.
Он провёл рукой по волосам, откидывая их назад, и снова уставился на потолок, на белую, безжизненную плитку.
— Знаете, док... вы задаёте очень скучные вопросы.
— А какие вам не скучные?
— Например... — парень резко наклонился вперёд, сократив расстояние между ними до полуметра. Его глаза, темные, с почти незаметным рисунком радужки, смотрели прямо в зрачки психиатру. — «Когда вы впервые поняли, что вам нравится ломать людей?» Вот это уже интереснее.