Глава 4
С позором вернувшись с физики на свое место, Регина пыталась стать невидимкой. Следующие уроки — биология, история, литература, алгебра и информатика — прошли в сплошном тумане. Она механически переписывала даты, формулы и цитаты, но в голове крутилась лишь одна мысль: «Все видели мой провал».
Когда наконец прозвенел звонок с последнего урока, означавший долгожданный конец мучениям, Катя тут же схватила ее за локоть.
— Ну, вот и свобода! — выдохнула она, сгребая вещи в рюкзак. — Слушай, а пошли ко мне? У меня ближе, да и Катю из продленки нужно забрать по дороге. Сидим, чай пьем, время до пяти убьём.
Предложение было настолько логичным и простым, что Регина, сама того не ожидая, кивнула. Идти в пустую квартиру сейчас было хуже любой контрольной.
— Ага, — коротко согласилась она. — Пошли.
Через пять минут они уже выходили из школы. Весенний воздух пахл талым снегом и свободой. По дороге они заскочили в небольшую булочную, где Катя с пристрастием выбрала два шоколадных эклера, а Регина — бутылку колы.
— Катя это обожает, — пояснила Катя, кивая на эклеры. — Подкупить надо, а то опять будет ныть, что мы ее с прогулки сорвали.
Они свернули к зданию младшей школы, где у крыльца уже толпились родители и разномастные группы детей. Катя, приглядевшись, помахала рукой худенькой девочке с двумя хвостиками, которая азартно играла в классики, начерченные на асфальте.
— Кать, пошли! — крикнула Катя.
—А можно еще пять минуточек?— тут же начала торговаться сестра.
—Не-а,— Катя покачала головой и, как опытный дипломат, продемонстрировала бумажный пакет из булочной. — Дома сюрприз. Пропускаешь — съедаю сама.
Стратегия сработала безотказно. Катя тут же бросила игру и пристроилась к ним. Она редко видела Регину, поэтому с любопытством разглядывала её.
И вот они уже шли втроем. Катя болтала без умолку, рассказывая о своих школьных подвигах, Катя поддакивала, а Регина шла рядом, слушая этот живой, несмолкаемый поток слов. Она сунула руку в карман, нащупала телефон. 4% заряда. Все та же оглушительная тишина от Андрея.
Но сейчас, в этой шумной компании, под щебет младшей сестры и спокойное присутствие подруги, одиночество отступало. Оно было еще здесь, где-то на дне, но уже не такое всепоглощающее. До пяти оставалось еще полтора часа, и это время вдруг перестало пугать.