Глава 14
Воздух в спальне сгустился до состояния желе. Банчан стоял, прислонившись к стене, его взгляд метался между безжизненным телом Чанбина на полу и Чонином, который с лёгкостью поднял тяжёлого детектива и перекинул его через плечо.
— Не волнуйся, твой вспыльчивый друг просто спит, — равнодушно бросил Чонин, проходя мимо Банчана. — Я не причинил ему серьёзного вреда. Пока что.
Он отнёс Чанбина в соседнюю комнату — ту самую, где когда-то содержал Банчана, — и уложил его на кровать. Вернувшись, он увидел, что Банчан не сдвинулся с места.
— Садись, — мягко, но не допуская возражений, приказал Чонин. — Ты голоден. А голодный человек — раздражённый человек.
Он вышел и вскоре вернулся с подносом, на котором стояли две тарелки с тёплой едой — рис, суп, мясо. Он поставил одну тарелку перед Банчаном, другую оставил для Чанбина. Потом, не говоря ни слова, развернулся и направился к комнате, где был заперт Феликс.
Банчан смотрел ему вслед, сжимая кулаки. Он чувствовал себя разорванным на части. Желание защитить своих друзей боролось с той тёплой, липкой привязанностью, которую он начал испытывать к своему похитителю. Он ненавидел себя за это.
---
Чонин отодвинул засов и вошёл в комнату. Феликс сидел на полу, прислонившись к стене, и при его появлении вжался в неё, его глаза расширились от страха.
— Я принёс тебе поесть, — Чонин поставил поднос с едой на пол рядом с ним. Он не стал запирать дверь снаружи, оставив её приоткрытой. — Ты не должен голодать. Мозгу шахматиста нужна энергия.
Феликс молчал, его взгляд был прикован к Чонину, как к кобре.
Чонин присел на корточки перед ним, нарушая личное пространство. Его глаза изучали лицо Феликса с тем же интересом, с каким он разглядывал шахматную доску.
— Почему ты боишься меня, Lix_Shadow? — его голос был тихим, почти нежным. — В нашей игре ты был таким смелым. Шёл на риск. А в жизни… ты съёживаешься.
— Это не игра, — прошептал Феликс, его голос дрожал.
— Всё — игра, — парировал Чонин. — Просто ставки здесь… осязаемее. — Он медленно протянул руку и провёл тыльной стороной пальцев по щеке Феликса. Тот дёрнулся, но не смог отодвинуться. — Ты задавал себе вопрос, почему я до сих пор не убил тебя? Или твоего крикливого друга?
Феликс не ответил, лишь учащённо дышал.
— Мне не нужны ваши смерти, — продолжил Чонин, его пальцы скользнули к шее Феликса, к тому самому месту, где он оставил поцелуй в клубе. — Мне нужна правда. Та, что вы все так тщательно прячете. Правда о вас. О Банчане. О том, что скрывает Сынмин.