Выход в свет.

Неделя после дня рождения пролетела в призрачной, выхолощенной нормальности. Как будто ничего не случилось. Как будто не было ни исповеди у камина, ни игры в правду, ни холодного блеска бриллиантов на моём запястье. Занятия с репетиторами, библиотека, редкие, молчаливые ужины с Томом, если он вообще появлялся. Он был отстранённым, погружённым в свои дела. Я ловила себя на том, что в тишине своей комнаты прикасаюсь к браслету, ощущая его гладкую, чужую прохладу.

И вот, в один из таких сонных послеобеденных часов, когда я пыталась сосредоточиться на молекулярной биологии, дверь в мою комнату с грохотом распахнулась.

В дверном проёме стоял Том. Но не тот, сдержанный и холодный. Он был заряжен энергией, как пружина. В его глазах горел знакомый опасный блеск, но смешанный с чем-то вроде... азарта.

— Встаём. Быстро, — бросил он, не входя дальше. — У нас мало времени.

— Что случилось? — Я вскочила, учебник с грохотом упал на пол.

— Случилось то, что кто-то не умеет держать язык за зубами, — он прошёл в комнату, его взгляд скользнул по мне, оценивая. — Информация о том, что ты здесь, пошла вширь. Возможно, та самая Белла решила поболтать. Возможно, кто-то ещё. Неважно. Важно, что теперь простым заточением здесь не отделаться. Нужно выйти в свет. Показать, что ты под моей защитой открыто. Что ты — мой человек. Это отрежет многие вопросы и охладит пыл желающих до тебя добраться.

— Какое ещё мероприятие? — в голосе прозвучала паника.

— Благотворительный гала-ужин в отеле «Платинум Холле». Половина города будет там. Включая тех, кого нужно проучить взглядом. Собирайся.

Он развернулся и ушёл, оставив меня в состоянии шока. Выход? Настоящий выход за пределы виллы? Но не к свободе. На арену.

Эмили появилась через десять минут с охапкой вешалок и больше'й серьёзностью, чем когда-либо.
— Всё будет хорошо, мисс Кэтрин, — сказала она, развешивая платья в гардеробной. — Он не позволит никому вас тронуть. Но вид должен быть... безупречным.

Она выбрала для меня платье цвета слоновой кости, из струящегося атласа, с открытыми плечами и длинной, развевающейся юбкой. «Скромно, но дорого», — как сказала Эмили. Она сама уложила мои волосы в сложную, но элегантную причёску, выпустив несколько рыжих локонов, чтобы обрамляли лицо. Макияж — естественный, но с акцентом на глаза и алые губы. Когда я смотрела в зеркало, то видела не себя. Я видела дорогую, хрупкую куклу, которую сейчас выставят на всеобщее обозрение.