Неделю спустя
Прошла неделя с тех пор, как я очнулась после обморока. Мне объяснили, что слабость — это нормально: так проявляется пробуждение силы. А странные сны, которые я вижу каждую ночь, — это дракон пытается со мной связаться.
В правдивости этих слов я убедилась, когда своими глазами увидела тренировки тех, кто уже прошёл инициацию и получил метки. Один мужчина из обычной металлической пластины сотворил изящную фигурку — она будто жила своей жизнью, едва заметно подрагивая, словно металл помнил прикосновение мастера. Другой управлял тенями — и те послушно приносили ему чай и книгу, скользя по полу бесшумными волнами. Девушка рядом с ним играючи повелевала огнём: крохотный язычок пламени плясал у неё на ладони, не обжигая кожу, будто был ей верным другом.
Насмотревшись на все эти чудеса, я уже не удивлялась, когда мне говорили о силе, дарованной драконом. Но в груди всё равно ворочалось странное чувство — не то восторг, не то глухой страх перед тем, что со мной происходит.
Кайл по-прежнему ходил за мной по пятам, всё объяснял и знакомил с людьми. От него я узнала, что сейчас в клане Чёрного Дракона живут сто шестьдесят человек, из них сто — дети до восемнадцати лет. По законам клана все рождённые в нём дети обязаны жить здесь до совершеннолетия. Если к восемнадцати годам сила так и не пробудится, ребёнок получает право жить где хочет и как хочет. Чаще всего такие дети уезжают подальше от клана. Клан даёт им деньги, чтобы они попытались построить свою жизнь, а сам старается, так сказать, от них избавиться. Ведь они — последние в своём роду, в ком могла проснуться сила. Их дети уже точно никогда не смогут установить связь с драконом.
Но если сила всё-таки пробудится, судьба ребёнка навсегда будет связана с кланом. Он обязан использовать свой дар не только во благо людей, но и во благо клана. После двадцати пяти лет тем, кого избрал дракон, разрешается жить вдали от общины, или после сдачи экзамена клана, подвергающего , что ученик полностью овладел своей силой. Также они должны по первому зову отца, Николаса Руссо, вернуться обратно.