II: Глава 9

Глава 9

Громкий звонкий смех.

Раскатистый и живой.

Заглушающий собой повседневность и страхи.

Анна часто смеялась на уроках или в коридорах. И её голос заполнял собой полные людей помещения, отражаясь звоном от стен. Такой смех не мог оставить равнодушными. Ни Себастьяна. Ни Оминиса. Ни Гвен. И чем громче был смех, тем невыносимее было его слышать.

Она теперь всё больше и больше времени проводила в обществе гриффиндорцев. Наиболее частыми её спутниками были Натти и Гаррет. Видя их вместе, Гвен не раз мысленно отмечала, что Натсай никогда особенно не жаловала Гаррета Уизли, но Анна стала для них словно красной нитью, связывающей между собой людей. Как Себастьян, для неё и Оминиса когда-то. И когда он шутил, она подхватывала, и громче всех смеялась над его приколами и розыгрышами, от чего Гаррет всё чаще и чаще стал попадать под немилость своей тёти.

Гвен не могла не замечать, как всё большее отдаление сестры сказывается на Себастьяне. Он стал более задумчив. Всё чаще проваливался куда-то глубоко, где было темно и холодно, куда никогда не попадали лучи солнца. Он словно снова замыкался в себе, истязал себя за то, что совершил. Особенно теперь, когда Анна была жива и её здоровью ничего не угрожало. Но только теперь он старался делать вид, что справляется, что он всё также весел, и что ему всё не по чём.

От Гвен не могло укрыться и другое – то, как осторожно Оминис избегает общества сестры своего лучшего друга. Он не заговаривал с ней, если она не обращалась к нему перваой, поспешно уходил после урока, если они сидели за одной партой, и старался как можно меньше упоминать её в обсуждениях. Но со стороны Гвен не могла уловить всё. Например, то тонкое непонятное, что тяготило его. Ведь как бы быстро он не уходил прочь, он хотел бы наоборот – задержаться.

После невероятно долгой и непростой учебной недели, друзья всё же нашли в себе силы, несмотря на порой неподъёмный объём домашних заданий, встретиться в библиотеке в выходной день.

Их излюбленный стол был не занят, как и почти весь второй этаж библиотеки, а потому они с удовольствием и свободой разложили принесённые учебники, пергаменты и тетради по его полированной деревянной поверхности.

- Ты принёс карту? – спросила рыжая, подняв синие глаза на Себастьяна.

- Как и договаривались. – кивнул он.