Глава 1
Глава 1. Конец привычной жизни
Переговорная была похожа на аквариум для человеческих страхов: стекло с трёх сторон, безжалостно прозрачное, словно наблюдатели снаружи могли видеть не только лица, но и мысли. Тёплый офисный свет лился сверху, как мёд, в котором тонут мухи, и люди за столом двигали ртами беззвучно - будто кто-то выкрутил громкость реальности до нуля. На столе из чёрного мрамора стояла чашка с засохшей коричневой полоской кофе по стенке - след чьей-то утренней спешки, которая теперь казалась трогательной и бессмысленной. В углу, как в музее неудач, висели графики - ровные ряды восходящих и нисходящих линий, аккуратно прижатых магнитами, которые держали бумагу с той же безжалостной точностью, с какой хирурги держат скальпель: без права дрожать, без права на сомнения.
- Фрай, - мистер Хартман произнёс его имя медленно, пробуя на языке каждую букву, как сомелье пробует вино, которое может оказаться испорченным. - Благодарю за проделанную работу. Рынок меняется быстрее наших планов. Мы вынуждены... оптимизировать кадровые ресурсы.
Слова текли гладко, как масло по сковороде, но под этой гладкостью слышался хруст - тонкий, почти музыкальный звук ломающегося льда. Рядом, у панорамной стеклянной стены, где открывался вид на город, похожий на муравейник, сидела Эллен из отдела кадров. В руках у неё лежала папка цвета переспелой сливы, толстая, как медицинская карта хронически больного. На корешке белела наклейка с аккуратным шрифтом: «Ларсен К.Ф.» Чужой почерк, слишком округлые буквы, написанные с той принуждённой улыбкой, которой улыбаются в местах, где улыбаться неуместно.
- Это не... - Хартман сделал паузу, поискал в воздухе правильное слово, - не персонализированное решение. Мы полностью закрываем ваше направление. Рекомендательные письма, конечно, предоставим. Подписи нужны вот тут, тут и вот здесь, - он указал на документ костлявым пальцем и на мгновение стал похож на экскурсовода, которому абсолютно всё равно, ведёт ли он группу по музею или по крематорию.
Фрай кивнул, чувствуя, как под ключицей появляется и исчезает странный комок - не болезненный, но настойчивый, словно там поселилось что-то живое. Где-то под рёбрами жил тихий смех - смех человека, который наконец понял правила игры, но понял слишком поздно, когда партия уже проиграна. Взял ручку - дорогую, корпоративную, с логотипом компании - и расписался в отмеченных местах. Чернила оставляли на бумаге неуверенную царапину, как след когтя по мутному стеклу.