Глава 7

 — Красота... — мечтательно протянул Шорм, любуясь большой голограммой космического корабля, похожего на остров в капсуле со всеми развлечениями для богатых внутри. — Сейчас такие летают?

— Не, это вымышленный, из книги «Космос для всех», — ответил проходящий мимо незнакомец.

— Как книга?

— Не знаю — не читал. Шибко дорогая.

Шорм стоял, оперевшись о мотоцикл, скрестив руки на груди, и продолжал глядеть на облитый полуденным светом проспект с лучистой улыбкой, не сходившей с его лица. По пути в Кмасовец он столкнулся с зонером на грузовике, тот поведал ему о всех трудностях входа в город и любезно предложил ему залезть в кузов, в котором содержимое, по его заверению, детекторами не распознается. Шорм, за неимением альтернатив и в силу своей доверчивости, согласился. Он потом окончательно убедился, что зонеры — надежные товарищи.

Он услышал позади себя чьи-то приближающиеся шаги, обернулся и застыл в удивлении.

— Кема, ты что, уменьшилась? Ну прямо Кемуня!

Та тоже изумленно уставилась на него. У Юкемы была длинная рыжая коса, открытый лоб, лицо более мягкое и юное. Держала она в руке стаканчик с трубочкой, судя по всему, купила напиток в том кафе.

— Вы припарковались в неположенном месте, — важно ответила она.

— Прости, не знал, сейчас отъеду. А куда надо?

— Уже никуда не надо, сейчас штраф выпишем.

— Да тут, ваша честь [15], не только штраф надо выписывать...

Шорм растерянно взглянул на вышедшего из кафе... Самого себя. Однако кое-какие отличия всё же прослеживались: волосы гладко зачесаны назад и сверкают лаком, на левую ушную раковину надета крупная золотая серьга, походка более твердая и чуть скованная, черты лица сухие, а глаза смотрят несколько высокомерно, ехидно и с какой-то тайной игривостью. Он приблизился к Шорму, устремил на него пристальный взор, взял в рот трубочку и зашумел жидкостью из стаканчика. Шорм пораженно, почти в ужасе уставился на свою копию, не в силах пошевелиться. Это казалось так, будто над ним решили жестоко поиздеваться, сделали пародию на него. Он неуверенно протянул руку и коснулся пальцами груди своего двойника. Шорм посмотрел ему прямо в лицо, нахмурил брови и серьезно, с ноткой обиды, сказал:

— Это я настоящий.

— Неправда, — снисходительно улыбнувшись, ответил двойник.