Глава 20
Хима выписали через две недели. После того, как нашли у него в тумбочке таблетки лсд.
— Вот дерьмо! — сказал мой новый друг. — Я думал, вместе выпишемся... — расстроился он.
— У тебя что, хобби такое — раз в год в «Rehab» ложиться? — пошутил я.
— Ну типа того... Просто другим людям бог посылает, а меня посылает... — усмехнулся Хим.
— А ты веришь в бога? — спросил я его.
— Детка, я из Сан-Франциско! О каком боге может быть речь? — покачал головой Антуан. Он выкурил последнюю свою сигарету в больнице, подошел ко мне и убрал длинные волосы рукой на затылок. На его бледной шее была нарисована татуировка - пятиконечная звезда с козлиной головой. — Я молюсь своим богам... — улыбнулся парень и уехал домой.
Тем же вечером у меня случился приступ. Лежа в кровати, поминутно то покрываясь потом, то дрожа от холода, я с ужасом понял, что доигрался. Мой желудок болел невыносимо. Такое было ощущение, что его изнутри кто-то или что-то пытается прогрызть. Было очень трудно дышать, а каждое движение тела отдавалось режущей болью в животе.
— Помогите, кто-нибудь... — собравшись с силами, заорал я на всю палату. В окно холодным светом светила полная луна, а я, корчась от боли, валялся на холодной больничном полу, пропитанным запахом лекарств и блевотины.
— Лекарства вызвали побочные действия... — в панике говорила медсестра моему лечащему врачу.
— Нет, он просто не ел ничего. Это анорексия... — первый раз я услышал, как страшно звучит это слово на самом деле.
Многиелюди, соблюдающиеизнурительныедиеты, опрометчивозаявляют, чтомечтаютзаболетьанорексией. Онивидяттолькоочевидноепроявлениеэтойболезни - чрезмернуюхудобу, однаконезамечаютвсейопасностиэтого «модного» заболевания. Больныеанорексиейотнюдьнегордятсясвоейидеальнойфигуройинечувствуютсебяневообразимопрекрасными; есливыпоговоритестакимчеловеком, узнаетеонеммногонового - например, чтодевушка, вескоторойсоставляет 55 килограммовприростеметрвосемьдесят, считаетсебятолстой, непривлекательнойинестильной. Больныеанорексиейстрадаютотнинамигнеотпускающегочувствасобственногонесовершенства, онинапуганыизагнанывуголсвоимистрахами.
— Сынок, я прошу тебя, ешь хоть что-нибудь... — уговаривал меня отец, пытаясь накормить с ложечки, как маленького. Мне повезло, мой желудок всего лишь уменьшился в размерах, я чудом избежал кровотечения и разрыва тканей.
— Мне больно есть, па... — отвечал я, но отец неумолимо заставлял меня по ложечке съесть полную тарелку овсяной каши. Я послушно съедал, зная, что когда он уйдет, я пойду в туалет и выплюну эту гадость из своего желудка.
Различаютдватипаповеденияпринервнойанорексии: ограничительный — больнойдобровольноограничиваетприемпищииненаедаетсядоотвалаиочистительный — больнойобъедается, азатемпровоцируетрвотуилизлоупотребляетслабительными, диуретикамииликлизмами.
— Джонни, тебя придется перевести в специализированный центр для больных... — первый раз в жизни мой отец замялся, — Ну... Твоей болезнью...
Ну, уж нет! Никакой анорексии, никаких «специализированных центров»!
— Пап, я буду есть! Правда! Обещаю! Только забери меня из больницы! — попросил я. Эти «тюремно-больничные» законы мне осточертели. После того, как у Хима нашли таблетки, мою палату обыскивали каждый день, а меня заставляли ходить на какие-то ужасные психологические тренинги. Люди на этих тренингах садились на полу в круг и по очереди рассказывали друг другу свои истории из жизни с наркотиками. Но это были не такие веселые истории, какими мы делились с Химом, а страшные истории о ломках, воровстве, убийствах...
Здравствуйте, меня зовут Джонни Новак...
Здравствуйте, меня зовут Джонни Новак...
Здравствуйте, меня зовут Джонни Новак...
И так каждый день... Эти люди даже не казались мне людьми! Они были больше похожи на стадо безмозглых животных — тупые, стадные, безумные существа... Я НЕ ТАКОЙ! Я, по крайней мере, еще помню, как меня зовут...
— Малыш, ну ты как? — спрашивал меня Йон, навещая в палате.
— Терпимо... — пожимал плечами я, — Я, кстати, теперь знаю, где мы будем с тобой учиться... — сказал ему я.
— Детка, когда тебя выписывают? — спросил меня по мобильнику Хим. — Мы с Губертом приедем за тобой!
— Мы не можем его выписать... Состояние его здоровья нестабильное! — наперебой заявляли врачи моему отцу. — Только под Вашу ответственность... Ведь он может умереть от истощения у Вас на руках...
Отанорексиипростотакнеотделаешься, этонетозаболевание, котороенапоминаетосеберазвмесяц. Сознаниебольныханорексиейимнепринадлежит, онинемогутконтролироватьсвоичувства. Такиелюдибуквальноодержимымыслямиовесе, еде, лишнихкалорияхиобразесобственноготела. Многихболезньмучаетдажевосне - ихпреследуюткошмары, навязчивыесныоедеипитании. Ивоснебедныестрадальцыистрадалицыпродолжаютсчитатькалориииприходитьвужасот 100 набранныхграммов.
Анорексия - ужаснейшаяболезнь, котораявырываетсвоюжертвуизнормальнойжизнииобрекаетеенаодиночество. Анорексияоченьтрудноподдаетсяизлечению. Иногданаборьбуснейуходятцелыегоды.