Глава 4.

Тишина в машине была густой, как гель для укладки. Руслан сидел на пассажирском сиденье, сжав челюсть так, что зубы скрипели. Он смотрел в окно, на пролетающие огни города, но видел только её отражение в стекле. Василиса вела машину уверенно, одной рукой держа руль, второй поправляя выбившуюся прядь волос.

- Ты злишься, - сказала она, не оборачиваясь.

- Ты серьёзно? - он рассмеялся, но смех вышел горьким. - Ты только что объявила всему синдикату, что я твой жених. Я. Семнадцатилетний. Пацан. В комнате, полной волков.

- Ты не пацан, Руслан. Ты мужчина. Я вижу это.

- Ты видишь то, что хочешь видеть.

Она резко нажала на тормоз. Машина остановилась у обочины. Василиса повернулась к нему, и в свете фонарей её глаза горели холодным серебром.

- Я вижу мотогонщика, который не боится смерти. Я вижу парня, который мог бы сбежать десять раз, но не сбегает. Я вижу того, кто стискивает зубы, когда я касаюсь его, но не отталкивает.

Он отвернулся. Снова этот разговор. Снова она лезет в его голову.

- Что ты хочешь от меня услышать? Что я боюсь? Да. Боюсь. Что я хочу тебя? Тоже да. Но это не значит, что я твой.

Она ничего не сказала. Просто завела мотор и поехала дальше.

Когда они вернулись в поместье, он сразу направился в свою комнату, но её голос остановил его на лестнице.

- Руслан.

Он обернулся. Она стояла внизу, запрокинув голову, и красное платье струилось по её фигуре, как жидкий огонь.

- Завтра у меня встреча. Важная. Ты поедешь со мной.

- Опять показывать меня, как породистого жеребца?

- Нет, - она сделала шаг вверх по лестнице. - Завтра я покажу тебе, как работает моя империя. Ты будешь учиться.

- Я не просил.

- Я и не спрашивала.

Он выругался сквозь зубы и скрылся за дверью. Но в груди стучало что-то странное. Что-то, чего он не хотел признавать.

Ночь выдалась душной. Он лежал на кровати, глядя в потолок, и прокручивал в голове каждое её слово. «Ты - моя ставка. Моя победа.» От этих мыслей кровь закипала.

В два часа ночи он встал, накинул куртку и вышел на балкон. Третий этаж. Спуститься по водосточной трубе - раз плюнуть. Но когда он уже перекинул ногу через перила, внизу вспыхнул свет. Она стояла во дворе, в халате, с бокалом вина, и смотрела прямо на него.

- Куда собрался?

Он замер, как олень в свете фар.

- Подышать.

- Ночью? На балконе?

- Тебе какое дело?

- Самое прямое, - она поставила бокал на столик. - Спускайся. Чай будешь?

Он должен был отказаться. Должен был спрыгнуть и бежать, пока не скрылся бы за горизонтом. Но вместо этого он молча кивнул.