Глава 19.
Мы не разговариваем совсем. Молчание напрягает, но никто из нас не решается заговорить первым. Реймонд молчит по известно какой причине. Он злится на меня. И где-то внутри я надеюсь, что мои предположения верны. А вот почему молчит Пит, я точно не знаю. Но сейчас это не первое о чем я думаю. Я всего лишь в нескольких часах от моей семьи. Неистовая радость все растёт внутри меня. Но параллельно ей есть ещё и тревога, все так же нарастающая.
Я уже решила, что стану делать, если что-то пойдёт не так. Но об этом я буду молчать до последнего. Ни Пит, ни Реймонд не должны знать о моем плане Б, иначе откажутся сыграть в нем свои роли. Уж слишком они благородны для этого. Я им даже успела придумать прозвища: Розовые очки и Искатель справедливости. Догадаться кто тут кто не трудно. Пит — это огромная надежда на весь мир, а Рей — вездесущая справедливость.
В какой-то момент мне даже совестно, что я втянула их обоих во все это. Они оба не имеют никакого отношения ко всему этому. А особенно ко всем моим планам. Именно поэтому я решила сделать то, что точно сделаю.
Пит ведёт нас. Я благодарна ему за то, что он согласился мне помочь, совсем не зная меня. Точнее зная, но совсем не ту правду, которая есть на самом деле.
Я давно уже не Черная Королева, уже два года как я Ласточка. Я думала, что я исправлюсь после того, как поступлю на работу в Правительство. Но нет. Я все также продолжала убивать, тонуть в крови.
Думаю пора рассказать в кратце историю появления уже не Королевы, а Ласточки.
Нас было не так много. Всего пятьдесят человек. Пятьдесят счастливчиков, как нас называли. Те, кто были выбраны для программы по созданию не просто спец. агентов, а самых лучших. Нам не должно было быть равных. Лучшие из лучших. Неповторимые, неуловимые. Нас должно была остаться всего 13. Тринадцать ласточек, избранных.
Мы прошли множество испытаний. Целый месяц нас проверяли на стойкость, закаляли нас в огне в прямом смысле. Однажды для этого нас загнали в расскаленную комнату, где температура была около ста градусов. Я выдержала дольше всех, а потом лежала с температурой под сорок четыре дня из-за теплового удара. Реймонд таскал мне фрукты. Печка была позади. Так мы называли это место. Осталось нас тридцать.