Глава 9: Голод - тоже страх
Госпиталь Вейверли-Хиллз путеводитель по Безумию. Первый этаж: Фасад нормальности. Палата 102 известная всему отделу, как «Приемная».
Бежевые стены, линялые занавески, запах ржавого металла под масками лаванды. И хотя новеньких в госпитале практически не бывает, медсестра Бетси улыбается каждому новоприбывшему, но её глаза не моргают. Метка Пики на её щеке пульсирует, когда она лжёт: «Здесь вам помогут». Санитары носят маски с прорезями для рта. Их губы сшиты нитками, чтобы не болтали лишнего. К сожалению этого невозможно было избежать. «Тоннель смерти». Комната 000. Операционная, где столы покрыты жёлтой плёнкой. Не воск, не жир — что-то ещё. Инструменты шевелятся в лотках, когда никто не смотрит.
Коридор «А»: пол выложен плиткой с узором в виде карточных мастей. Если идти слишком медленно, можно услышать, как плитки шепчут: «Трефы, черви, пики…». Особенно чётко можно услышать последнюю масть. Слишком важная фигура.
Первый этаж мало кому нравился. Всегда такой мрачный, холодный. Особенно ужасно находиться там, в прогноз гроз. Так часто рассказывали дети Алисе, когда узнали, что ей придётся посетить парикмахерскую. Парикмахерская «чёрные лилии», комната 148, между моргом и кабинетом гидротерапии. Красота как пытка. Обои цвета засохшей крови с выцветшим узором, при ближайшем рассмотрении это бесконечно повторяющиеся силуэты людей, падающих в пропасть. Все зеркала треснуты особым образом — если смотреть под углом, в отражении видно, как: ножницы шевелятся сами в руках парикмахера. Волосы на полу извиваются, как черви.
- Белова? Садись. – Твёрдо и без единого подёргивания мускула на лице, женщина пригласила девочку на своё место. Усаживаясь, спинки кресел украшены были резными совами с пустыми глазницами. Казалось, что при попытке встать, деревянные когти сжимают плечи клиента.
Люстра из позолоченных бритв, мерцающая тусклым жёлтым светом. Иногда с неё капает тёплая жидкость. Все отмахивались на пчелиные гнёзда. Ножницы мастера невозможно было не отличить от остальных. «Грезы Лидии» — лезвия покрыты ржавыми пятнами, но режут идеально. Говорят, они поют, когда стригут. Алиса не дёргалась. На удивление этот процесс оказался самой спокойной процедурой, хотя парикмахер и была ворчливой.