победа?

Спустя несколько дней этого невыносимого напряжения, Т/И снова потянуло в лес. Тот самый. Это было похоже на мазохизм — возвращаться на место преступления, где все началось. Но ей нужно было пространство, чтобы дышать, и сигарета, чтобы успокоить нервы.

Она шла по знакомой тропинке, уже доставая зажатую пачку, когда у своего «места» — старого пня — увидела его. Он стоял спиной, глядя вглубь леса, словно ждал. Или просто пришел подышать одним воздухом с призраками их странных отношений.

Она почти развернулась, чтобы уйти, но гордость не позволила. Вместо этого она громко хрустнула веткой под ногой.

Он обернулся. На его лице мелькнуло быстрое, сложное выражение — удивление, надежда, вина. Оно сменилось той самой натянутой, учительской улыбкой, которая сейчас бесила ее больше всего.

— Снова санитарную зону нарушаешь? — попытался он пошутить. Шутка прозвучала плоской и неуместной, вися в воздухе неловким грузом.

Т/И молча подошла к пню, села и, не глядя на него, прикурила. Пламя зажигалки затрепетало на ветру, выдав легкое дрожание ее рук.

— Я... думал, тебя тут не застану, — сказал он, и в его голосе снова прозвучала та самая фальшивая легкость.
—Очевидно, что ошибся, — холодно парировала она, выпуская струйку дыма. — Лес большой. Можете отойти подальше, чтобы не мешать процессу нарушения.

Он помолчал, наблюдая за ней. Его улыбка постепенно таяла, сменяясь напряженной серьезностью.
—Т/И, мы можем говорить нормально?
—Мы и говорим. Я нарушаю, вы делаете замечание. Все по правилам.

Ее слова резали, как лезвие. Он вздохнул, и в этом вздохе слышалась настоящая, непритворная усталость.
—Хорошо. Я заслужил. Но эта... ледяная стена... Это невыносимо.

Она наконец подняла на него взгляд. Ее глаза были пустыми.
—А что вы хотели? Чтобы я бегала за вами по коридорам с умоляющими глазами? Вы получили то, что просили. Не нравится?

Его лицо исказилось гримасой, словно от физической боли. Он отвел взгляд, сжав челюсти. Видеть, что ему больно, было... приятно. Горько и приятно.

Воспользовавшись его замешательством, она решила нанести последний, насмешливый удар. Она медленно встала, отряхнула юбку и, снова выпустив дым, окинула его с ног до головы пренебрежительным, оценивающим взглядом.