Цена тишины

В доме номер сорок два по улице Глен-Ридж воцарился странный, пугающий покой. Отец больше не кричал, мать не ворчала. Теперь, когда Ирис заходила в кухню, они замолкали и отводили глаза, будто она была не их дочерью, а ожившим призраком. Конверт с деньгами, оставленный Ашером, лежал на комоде как негласный договор: «Мы не трогаем её, а он не трогает нас».
Ирис было тошно от этой тишины. Она схватила свой рюкзак и буквально выбежала из дома. Ей нужно было к байку. Только там, в гараже, мир снова становился понятным.
Она только успела натянуть новую куртку, как в наушнике щелкнуло.
— Тень, — голос Ашера был сухим и деловым. — Сегодня без фокусов. Езжай в старое железнодорожное депо, сектор Б. И не снимай шлем, что бы ты ни увидела.
Когда Ирис подкатила к депо, солнце уже скрылось за горизонтом, окрасив небо в цвет запекшейся крови. Она заглушила мотор и спряталась в тени разбитых вагонов. В центре площадки стояло несколько черных машин. В свете их фар Ашер выглядел пугающе огромным. Он о чем-то спорил с мужчиной, который дрожал от страха.
— Я просил привезти всё, — холодно произнес Ашер. — Ты решил, что можешь меня обмануть?
Ирис увидела, как один из людей Ашера — тот самый Марк — резко ударил мужчину под дых. Тот рухнул на колени. Ирис вцепилась в руль байка так, что перчатки затрещали. Это было не кино. Это было по-настоящему.
— Тень, подойди, — раздалось в наушнике.
Она медленно выехала на свет фар. Ашер обернулся. Его лицо было спокойным, будто он не только что смотрел на избиение человека, а выбирал галстук. Он протянул ей небольшой кожаный чемоданчик.
— Отвези это на северный выезд. Там тебя встретит человек на серебристом фургоне. Отдай и уезжай. И помни: в этом деле нет места жалости. Есть только приказы.
Ирис взяла чемодан. Он был тяжелым. Она посмотрела на избитого мужчину, потом на Ашера. Сквозь красный визор его взгляд казался еще более ледяным.
— Поняла, — коротко бросила она, хотя внутри всё кричало о том, что она влипла в нечто по-настоящему страшное.