Глава 36 - «Доверие»
По прошествии четырех дней в положении жизни ничего, практически ни коим образом не поменялось. Пока полиция занималась поимкой преступников и разгребала насущные вопросы, в министерствах шла постоянная работа на благо народа, Марк находился дома, под постоянным наблюдением и контролем, в частности от брата. Владимир, находясь в трауре, старался всё свободное время посвящать больному Марку, но оба понимали, что общее настроение за занятными разговорами и уборкой было не скрыть. Марк с тяжестью на душе переносил своё заключение, и отягощало это состояние Владимира — видеть его взгляд, промоченный слезами, пустое превозмогание без эмоций и лишнего привлечения внимания — вот что было для Марка хуже всего.
Владимир боролся с трагичными мыслями, но всё вновь сводилось к тому, что всех близких друзей его забрала смерть. Друзей, которых он сам нашел, имел схожие интересы, и доверял им. Благодаря своей психической нестабильности, ему казалось, что он проклят — сначала родители, потом друзья. Поэтому за брата он держался крепко-крепко, даже не осознанно, но это был его самый близкий человек, забота о нём Владимира немного приводила в чувства.
Но наступил день, который был указан в письме — двадцать шестое июня. Владимир, сжимая в руках послание, зашел в комнату к брату, не окликая его. Марк сам его заметил, закрывая книгу и кладя её себе на колени, уже подозревая тон разговора.
— Сегодня похороны. — Владимир оперся на изножье дивана и склонил голову, — Я собираюсь поехать.
Марк сдержал сочувственное выражение лица и кивнул, с опаской глядя на брата, с ужасом предвкушая каждую следующую секунду, в одной из которых на глазах вновь выступят слезы. Но Владимир держался, прошел дальше, сел на скамейку возле дивана и заговорил: — Я не видел похорон ни одного близкого мне человека, то их не было вообще, то ли по каким-то иным причинам. Как бы не было больно, хочется по-нормальному проститься с человеком, в конце концов, ничего вернуть уже нельзя.
Всё ещё придерживаясь молчаливого согласия, Марк волновался сказать что-то не то, особенно в этой теме. В первую очередь, потому что похороны отца прошли быстро, в закрытом порядке. На них был Марк, на следующий день после своего двадцать третьего дня рождения. Владимир в тот день остался дома, и Марка терзала совесть за это, особенно после того, что он говорил сегодня. Соглашаясь без раздумий отпустить Владимира, Марк подхватил его за руку в знак поддержки. Владимир обратил к брату безутешный, скорбный взгляд.