Часть Третья. Глава 26 - «Достигнуть лучшего»
Молодой человек среднего роста шел по коридору. Шрам через всё его сосредоточенное, но невероятно грустное лицо отчетливо запоминался в памяти каждого, кто сталкивался с ним когда-либо. Невозможно было угадать его настрой, но ясно было точно — его здесь не ждут, и то, что вложено в его сознание — не его мысли. Словно он планировал вторгнуться в чье-то личное пространство, разорвать все обязательства и вывести противника на чистую воду, но всё из этого не имело смысла. В его руке звенел ключ, подвешенный на золотое кольцо, и сейчас он — единственное, что его волнует. Оглядываясь по сторонам темного, как гробница, коридора, он искал замок, к которому ключ подойдет. Наконец, его дорога уткнулась в тупик — высокая железная дверь, обитая по косяку мрамором, с блестящими даже в темноте ручками. Приподняв увесистый замок, юноша вставил ключ в скважину и провернул один раз. По тишине разнесся глухой щелчок, словно сдвинулся шкаф. Молодой человек, сделав два шага назад, выдохнул и отчаянно бросился назад, не желая иметь с этим ничего общего...
***
Рассредоточенность внимания во многих сферах жизни грозит полной потерей контроля. Об этом стоит думать, когда в твоей жизни появляются обстоятельства, ставящие под угрозу нормальную рутину, когда что-то внезапно встревает посреди серых будней и заставляет полностью переменить акценты внимания и приоритеты. Помнить о последнем особенно важно, ведь, пока твои приоритеты остаются непоколебимыми, ни одна проблема не способна сломить моральный дух, но, иногда, и самых сильных людей напасть может выбить из колеи.
Летняя прохлада восприняла свое название в Центральной России слишком буквально и, пока Петербург в кое-то веки изнемогал от июньской жары, от Уральских гор и до Валдая свистел холодный ветер и постоянно лил дождь. Лето тысяча девятьсот четырнадцатого года пришло рано — настолько, что сирень зацвела в десятых числах мая, и, в противовес предыдущим десяти годам, вода в заливе прогрелась аж до двадцати семи градусов, а дожди наконец ушли на второй план. В остальной европейской части России сновала пасмурность и тучные облака, точно всё тепло направили в столицу в честь празднования юбилея — двадцатой годовщины вхождения Его Величества Императора Николая на российский престол.