Глава 21 - «Падение в бездну»
До начала вакханалии с поджогами, Четвертое отделение занималось ими редко. При передаче документов, другие отделения сообщали печальную статистику — многие дела не удалось раскрыть именно по причине смерти всех подозреваемых. Расследование их смертей приводило следствие в тупик, потому что все факты зачастую указывали на самоубийство. Так было проведено свыше шестидесяти дел за последние полгода в одной только Санкт-Петербургской губернии, и ещё сорок дел в Москве. Зайцеву своей оперативностью и умению четко задавать темп процессу удалось за два дня собрать все дела, связанные с пожарами, и предоставить их Марку. Сортируя материал, следователи откладывали в другую стопку дела с мелкими пожарами личных зданий, заброшенных помещений, а концентрировались на крупных возгораниях в общественных местах и государственных учреждениях. Учитывались также и дела о попытке поджога, таких в арсенале петербургской полиции было под сотню.
Такими темпами, на столе перед следователями лежало двадцать пять дел петербургских и восемнадцать московских. Марк, дождавшись немого одобрения Александра, в угоду патриотизма отложил московскую стопку в сторону на время, придвинув ближе дела по Петербургу и губернии. В этих двадцати пяти делах ситуация обстояла следующим образом: семнадцать дел закрыты из-за смерти предполагаемого виновника, в том числе и дело о поджоге бельэтажа на Кронверкском острове, разразившееся в январе крупным скандалом, пятерых удалось поймать и посадить, остальные же два дела были с пометкой «приостановлено». К изучению материала присоединился и Ян, да и в шесть рук работать было бы быстрее.
— Двоих из осужденных заключили у нас в Шпалерке, остальные трое — в сибирских лагерях. — Озвучил Зайцев, осматривая внимательно коллег по обе стороны от себя, — С теми, кто здесь, наверное, можно пересечься и поговорить. Им наверняка тоже нечего терять, расскажут, если есть что.
— Тем более, их дела вполне похожи на наше. — Подметил Марк, кивнув, — Подожгли общественное место, вечером, словно хотели навредить зданию, а не людям внутри. Если и у них обнаружится эта татуировка, можно считать, дело за малым.
— И жертв немного, оно и вот. — Сказал Ян, — Вот, один, Плавин, поджег фасад Гостиного двора восьмого декабря, в результате чего погибло два человека. Дали пять лет, так как доказали, что люди погибли не из-за пожара, а насильственно, но это другое дело. Сидит с февраля.