Глава 3. Последний день Льва
Я помню этот день так, будто он застыл в воздухе, как запах пыли в пустом доме. Всё началось с того, что я чувствовал лёгкую тревогу, как будто кто-то незримый наблюдает за каждым моим шагом. Сначала я не придавал этому значения, списывая на усталость и привычное напряжение.
Но потом тишина стала давящей. Она обволакивала меня, шептала что-то в ушах, и я понял: сегодня что-то случится.
Я шагал по коридору Дома 17, осматривая каждый уголок. Старые доски скрипели под ногами, и каждый звук отдавался эхом в голове. Я пытался вспомнить, кого видел здесь недавно, какие лица мелькали в темных комнатах, но всё словно растворялось в дымке страха.
Мои руки дрожали, когда я поднимал старые фотографии, бумаги, вещи, которые, казалось, хранили секреты мистера Сафронова. Каждая деталь говорила о том, что кто-то здесь был, что кто-то наблюдал. И я знал: я не один.
Я вспомнил, как вчера, перед этим утром, сидел за столом с чашкой недопитого кофе. Я видел его лицо — лицо, которое позже стало для меня последним. Его глаза были полны тревоги и чего-то невыразимого, как будто он сам предчувствовал конец. И тогда я подумал: «Что, если всё это — не случайность? Что если я уже иду по дороге, с которой нет возврата?»
Ветер за окнами шевелил занавески, и каждый шум казался мне шагом кого-то близкого, но в то же время чужого. Я пытался сосредоточиться, вспомнить каждую мелочь, каждый звук, каждое движение, но мысли путались, словно кто-то нарочно их мешал.
И я понял одну вещь: конец был близок. Но я всё равно пытался держаться, искать ответы, понять, кто и зачем. Я вспоминал смех друзей, запах старого табака, который всегда висел в доме, и странное чувство, что тайна, которую я пытаюсь разгадать, слишком велика, чтобы её понять одним человеком.
Я не успел.
Последний звук, который я услышал, был почти незаметен — лёгкий скрип за спиной, шаг, который я опоздал услышать вовремя. И потом тишина. Только тишина, которая теперь остаётся со мной в этих воспоминаниях.
Я был здесь. Я пытался понять. Я пытался защитить. И, быть может, это знание станет началом чего-то, что продолжат другие.