Глава 249.

Было тихо, настолько тихо, что это вызывало тревогу. Вокруг толстые стены из вулканического камня. Что творилось в глубинах этого круга, было не видно. Неизвестность пугала. Неизвестность и была ужасом.

Они шли по длинному каменному коридору, которому, казалось, не было конца. На стенах прохода висели светильники. Мерцающий свет свечей отбрасывал на пол призрачные тени, тянущиеся вперед, уходя в бесконечную тьму.

Дыхание Фань У Шэ становилось все тяжелее, в конце концов, ему пришлось остановиться и прислониться к стене, закрыть глаза и выровнять дыхание.

- Как ты? - Се Би Ань обеспокоенно посмотрел на него.

Фан У Шэ опустил голову, потом достал что-то и протянул Се Би Аню.

Се Би Ань нерешительно подставил ладонь. В его ладонь упал нефритовый талисман.

Небесный Талисман Сюаньюань!

Се Би Ань замер от ужаса, словно в его руке лежал не теплый нефрит, а раскаленное железо. Инстинктивно он чуть не выбросил его.

- Брат, - Фань У Шэ поднял голову, белки его глаз были затянуты смертоносной чернотой, - я больше не могу держать его при себе. Это место вызывает у меня много... воспоминаний. Мой разум мутится от желания разрушить здесь всё. Я боюсь потерять контроль.

Се Би Ань задрожал и сжал Небесный Талисман:

- Если не можешь его контролировать, не ходи дальше. Подожди меня здесь.

Фань У Шэ покачал головой:

- Ты не сможешь справиться один. Я не позволю тебе в одиночку отправиться в Ад.

- Если ты потеряешь контроль, разве не будет еще хуже? - Се Би Ань видел, что Фань У Шэ еле сдерживал бурлящие в нем страх и ненависть.

Любой, кто прошел через сто лет пыток и издевательств, в итоге превращался в свирепого призрака. Хотя Фань У Шэ и переродился человеком, гнев и обида, пропитавшие его душу, не исчезли. Естественно, вернувшись в место, где его мучили и пытали, все обиды вспыхнули с новой силой.

Фань У Шэ изучающе посмотрел на Се Би Аня, нежно потянул его за руку и обхватил своей ладонью его кулак. Сквозь хрупкую плоть он почувствовал силу Небесного Талисмана. Казалось, что благодаря этому барьеру духовное давление Небесного Талисмана стало не таким агрессивным:

- Брат, ты не только мой внутренний демон, ты и мое противоядие.

- ...Что это значит?

Фань У Шэ поднес его руку к губам и поцеловал:

- Ты можешь пробудить во мне злость, но можешь и даровать мне истинное спокойствие. Старший брат, ты – мой ад и ты же – мой рай. Понимаешь?

В глазах Фань У Шэ плескалась такая искренняя и откровенная любовь, что Се Би Аню невольно захотелось отпрянуть, но Фань У Шэ крепко сжал его руку, явно ища искупления.

Се Би Ань вздохнул:

- Что ты хочешь?

- Я хочу, чтобы ты спас меня, - дрожащим голосом произнес Фань У Шэ. - Только ты можешь спасти меня.

- Я не могу тебя спасти. Я никого не смог спасти. Все, кого я хотел спасти и в этой жизни, и в прошлой, все дорогие моему сердцу люди, умерли, - глаза Се Би Аня потускнели. - Но я все равно не могу сдаться. Пока я жив, я не сдамся.

- Брат, я еще жив. Ты все еще можешь спасти меня, - Фань У Шэ обнял Се Би Аня и с мольбой прошептал. - Спаси меня, старший брат. Только ты можешь спасти меня.

Се Би Ань растерялся.

«Ты все еще можешь спасти меня» - эти слова словно меч пронзили тьму. Луч света прорезал брешь в сгустившемся тумане. Он был слаб, но упрямо стремился разогнать царивший мрак.

- Просто будь со мной добр, этого достаточно. Просто возьми меня за руку и улыбнись мне... - Фань У Шэ почувствовал, как всё внутри него разрывается от боли. - Я так сильно скучал по тебе. Я скучал по тебе каждый день, каждое мгновение. Если бы я не думал о тебе, я не смог бы пережить эти сто лет.

С того момента, как он вошел в Ад, боль и отчаяние, которые он так неистово пытался забыть, нахлынули на него. Он заново ощутил чудовищную боль бесконечных пыток и глубокую тоску по старшему брату. Это было невыносимо больно. Каждое мгновение воспоминаний об этом месте было отравлено ядом, пропитано горечью. Жизнь здесь была хуже смерти, а смерть хуже жизни. Жизнь и смерть растворились во тьме. Остались лишь бесконечные мучения.

- Брат, я знаю, что был неправ. Пожалуйста, не надо меня ненавидеть, хорошо? – по щекам Фань У Шэ потекли слезы.

У Се Би Аня защипало в носу, глаза наполнились влагой.

Возможно, Фань У Шэ был прав. Возможно, он был единственным человеком, которого он мог спасти. В этом жестоком круговороте причин и следствий, охватывающем две жизни, они постоянно менялись ролями преступника и жертвы. Возможно, правда уже не имела значения, потому что она не могла никого не спасти.

Се Би Ань почувствовал силу человека, сжимающего его руку, и его же хрупкую зависимость. Сердце его смутилось. Любовь и ненависть смешались в единый клубок, нити перепутались, где какая – не разберешь. В ушах звучали слова Фань У Шэ – «ты все еще можешь спасти меня».

Он тоже нуждался в спасении. Спасая других, он мог спасти и себя. Этот человек, что крепко обнимал его, преподал ему слишком много незабываемых уроков. Неужели эта ранимость, это признание, эта просьба – всего лишь очередное лицемерное притворство?

Он боялся этого человека. С того дня, как Повелитель Демонов вернулся во дворец Уцзи и после смертельной схватки надругался над ним, а потом последовало множество дней и ночей бесстыдных «пыток», с того дня в его сердце глубоко укоренился страх.

Скрежет цепей вернул их к реальности.

Они мгновенно насторожились. Се Би Ань оттолкнул Фань У Шэ, отвернулся, пряча лицо, и сжал Небесный Талисман:

- Тогда оставь его мне.

- Это он...

- ВОЗ?

Фань У Шэ поднял голову. Его взгляд мгновенно изменился – из раненного, молящего о прощении зверька он превратился в жестокого охотника. Он потянул Се Би Аня за собой, двинувшись вперед. Вскоре они достигли каменной комнаты с развешенными на стенах покрытыми кровью орудиями пыток. Это была камера пыток.

Свет свечи в пыточной был тусклым, освещая лишь малую часть комнаты. Углы тонули в темноте, а что пряталось в этой темноте, было не разглядеть.

Опять заскрежетали цепи. Тьма в дальнем углу колыхнулась и медленно, сопровождаясь грохотом волочащихся по полу цепей, двинулась к ним.

Се Би Ань вытащил свой меч Цзюнь Лань и, не мигая, наблюдал, как из темноты медленно выходит какое-то существо.

Взгляд Фань У Шэ мгновенно похолодел. Он заложил руки за спину и с хрустом сцепил пальцы.

Это был призрак, но не обычный. Он был ростом с двух человек и невероятно толстым. Плоть на его теле свисала слоями, огромный раздутый живот болтался почти до самого пола. Лицо было таким толстым, что невозможно было разглядеть его черты, словно оно слилось в ком. Его шея, конечности и талия были скованы железными цепями толщиной с бедро взрослого человека, они волочились по земле, при каждом шаге издавая жуткие звуки.

Се Би Ань смутно догадывался, кто находится перед ним.

- Привел? - призрак повернул свою толстую шею и поискал глазами «грешника» рядом с «призрачным посланником», но безуспешно.

Это был палач.

Их называли чиновниками, но на самом деле у них не было реальной власти. Единственная их обязанность - наказывать заключенных. Такие «чиновники» существовали только в восемнадцатом кругу ада, на других уровнях наказаниями занимались обычные призраки.

Таких палачей-чиновников боялись все. Призраки, видя их, трепетали от страха. Они не только обладали высоким совершенствованием, но и были пропитаны ненавистью. Все они были жестоки, кровожадны и искусны в пытках.

Чжун Куй как-то говорил, что все палачи Ада Жгучего Жара невероятно толстые. Их невероятная дородность объяснялась просто. В восемнадцатый круг ада попадали в основном высокоуровневые заклинатели, совершившие чудовищные деяния. Палачи вырывали у них ядра, вырезали кости, сдирали кожу и вытягивали сухожилия. После пытки заключенные быстро восстанавливались и были готовы к следующему раунду пыток. Золотые ядра, плоть и кости таких заклинателей были очень питательными. Палачи, питаясь ими годами, повышали свое совершенствование и быстро набирали вес.

Се Би Ань почувствовал тошноту, когда представил, сколько останков съел этот монстр, чтобы его так разнесло.

Он помахал свитком и объявил:

- Вот пришел забрать.

- И зачем ты притащился в пыточную? – палач направился в темный угол, куда не доходил тусклый свет свечи.

Фань У Шэ шагнул вперед и закричал:

- Ци Мо Кэ, ты помнишь меня? – и стянул маску, открыв свое потрясающе красивое лицо.

Ци Мо Кэ долго смотрел на Фань У Шэ. В комнате пыток было темно. Ему пришлось подойти поближе, чтобы разглядеть лицо Фань У Шэ. После короткого замешательства он внезапно вздрогнул всем своим жирным телом и в ужасе отступил назад. От этого шага вся комната содрогнулась, железные цепи издали резкий хруст.

- Ты... ты...

- Я сказал, что вернусь. Я сказал, что отомщу. Я сказал, что разорву тебя на куски, - тело Фань У Шэ окружила темная аура смерти. Он улыбнулся, обнажив свои острые белые зубы. Его глаза налились кровью, брови свирепо сошлись на переносице!

- Мои бессмертные кости и плоть откормили много палачей, - Фань У Шэ злобно уставился на Ци Мо Кэ. - Я хочу, чтобы ты мне все вернул.

- Я просто выполнял приказы, просто выполнял приказы! - дрожащим голосом закричал Ци Мо Кэ. – Ваша Светлость, у меня не было выбора.

С тех пор, как они услышали, что Повелитель Демонов переродился человеком и вернул себе Небесный Талисман Сюаньюань, они каждый день тряслись от страха. И вот этот день, наконец, настал.

Повелитель Демонов вернулся. Повелитель Демонов, который, когда его пытали, высокомерно кричал, что обязательно вернется и отомстит, действительно вернулся.