глава 5

Дженни ежится от прохладного ветра и застегивает куртку. Джису написала, что опоздает на первый урок, поэтому Ким шла в школу одна. Тело приятно ныло от боли в мышцах. Вчера был первый день тренировок и девушка была в восторге. В этот момент она забыла о всем, что произошло.

Но когда она ложилась спать в голову полезли воспоминания, перед глазами стоял образ Лисы, её глаза наполненные болью. И Дженни вспоминала крик мужчины, от которого бросало в холодный пот. Ким думала, о том как Лиса? Вернулась ли девушка домой? Ей было жалко Манобан и отчасти она её даже понимала.

— Эй, Ким, — внезапный голос вырвал девушку из своих мыслей и она увидела Лису, которая шла в её сторону.

Манобан больше не была такой, как вчера. Та выглядела уверенной и немного раздражённой. О вчерашнем дне напоминала только разбитая губа.

— Привет, — Дженни напряглась, она давно не сталкивалась с Лисой вот так.

— То что вчера ты видела, просто забудь. Думаю ты поняла меня. Не болтай лишнего, а то сама знаешь, что будет, — Лиса с угрозой посмотрела на Дженни. Да некоторые знали о том, что происходило. Но почти никто не видел, её в эти моменты. А её увидела именно Дженни, для Лисы — это было унизительно, она ненавидит показывать свою слабость.

— Хорошо, — Дженни кивнула, она и так не собиралась болтать об этом.

Лиса обвела её взглядом и прошла вперед, достала сигарету из пачки и закурила, пропуская никотин через себя. Манобан знала, что Ким общается только с Джису, но подрывать свою репутацию она не хотела. И повезло же им жить в одном подъезде.

***

Вчерашний вечер

Лиса валялась у себя на кровати и листала новостную ленту. Она услышала, как в квартиру кто-то зашел, а потом пьяный голос отца. Девушка напряглась всем телом. Она понимала, что ей лучше смыться с дома и побыстрее.

— Лиса, ты дома? — мужчина зашел в комнату к девушке, — как у тебя дела в школе? — отец облокотился об косяк двери и вопросительно взглянул на Лису.

— Все более менее, — голос не дрожал, но внутри разгорался страх. Она понимала, что её может ждать и она не успела сбежать.

— Вот как...тогда давай сюда дневник, — мужчина смотрел на дочь затуманенным взглядом, выпил достаточно видимо, он протянул руку.

Вот и все, случилось то чего она боялась с начала учебного года. На негнущихся ногах она дошла до портфеля и взяла дневник. Лиса знала, что отец, как обычно, ничего хорошего там не увидит. Ей не нравится учеба, точнее она не умеет нормально учиться, её никто не учил. В компании, где она была все забивали большой хуй на школу, как и её брат, который говорил, что раз читать, писать и считать умеешь, то большего и не надо.

Манобан протянула дневник отцу и сглотнула ком в горле. Ей было страшно, отец стоял прям на проходе, она даже сбежать не сможет, пути к отступлению закрыты.

Мужчина нахмурился и скривил губы в усмешке, — ты вроде сказала, что более менее, а это блять тогда что? — он пихнул раскрытую страницу в лицо Лисе.

Лиса видит двойку, а затем ещё одну, там где-то затерялась тройка, тогда её удалось у кого-то списать. Руки немного начали трястись, но она понимала, что слабость нельзя показывать, тогда отец её задавит.

— Я постараюсь исправить, просто тяжело дается, — она знала, что это пустое обещание, она ничего не исправит, просто не сможет. Если повезет, то будет списывать у кого-нибудь.

— Почему ты блять такая тупая?! Что ты вообще хочешь от жизни? Ты сука думаешь, что тебя примут на работу вот такими оценками? Куда ты пойдешь, блять? На дворника? Продавца, хотя если возьмут, там нужно считать уметь, а ты сука скорее всего и этого не можешь. Или на трассу? — отец откинул дневник и краем зацепил щеку девушки, но та продолжила стоять смирно.

Было больно это все слышать и унизительно. Она не виновата, в том что плохо учится, отец вспоминает о её учебе только в пьяном состоянии и то, чтобы просто доебаться, выместить агрессию свою, чтобы была причина.

— Что свои глазенки вылупила? — отец наклонился к Манобан и та сморщилась невольно от запаха, она не любила запах перегара, хоть и пила сама, — ты что свой ебальник корчишь, совсем ахуела так смотреть на меня?

Резкая пощечина прилетела Лисе и она врезалась в стенку, попутно ударяясь плечом. Щека вспыхнула огнем, и непрошенные слезы рефлекторно выступили на глаза. Нельзя показывать слабость.

— Отец, извини, я правда все исправлю, я буду стараться, — голос предательски дрогнул.

Но мужчина уже ничего не слышал, белая пелена замутнела разум. Он ударил девушку по лицу и та издала болезненный стон. Лиса почувствовала во рту вкус ржавчины и протерла губу тыльной стороной ладони, и заметила кровь. Она невольно ухмыльнулась.

А для мужчины это был красный свет.

— Ах, ты дрянь, ещё и лыбишься, — он взял девушку за шею и придавил к стене, — я сейчас сотру твою улыбку, блять.

Лиса почувствовала, как рука на шее начала сжиматься, а кислорода начинало не хватать. Она судорожно начала хватать ртом воздух, она увидела усмешку в глазах напротив, и слезы полились с новой силой. За что так с ней? Она просто хочет любящую семью.

В глазах начинало понемногу темнеть, а тело слабеть. Возможно было бы лучше, если бы она просто исчезла. Умерла. Не было больше боли и страдания. Уже бы ничего не было, только темнота.

Но инстинкт самосохранения решает за неё, она собирает все свои силы в кулак и бьет отца в живот. Тот орет и ослабляет хватку, Лиса бьет его ногой по колену.

— Я тебя убью, тварь! — мужчина отшатнулся и готов был наброситься на Лису, но девушка быстро юркнула за дверь, пьяный мозг плохо соображал, а колено ныло. Он быстром шагом, немного прихрамывая пошел за ней.

Лиса выскочила из квартиры, по пути она схватила первую попавшую кофту. Она не замечала ничего, главное убежать, успеть спастись, ведь если он её догонит, то может оставить калекой или убить. Слезы на глазах не дают зрению сфокусироваться, она чуть ли не падает, но удерживается на ногах. В голове лишь одно — беги.

Манобан не замечает, как сталкивается с кем-то, лишь отшатывается и облокачивается на периллы лестницы. Она поднимает взгляд и видит Дженни. Почему именно она? Почему именно сейчас? Её не должны видеть такой, особенно Ким.

Она видит, что Ким смотрит на неё с жалостью и..волнением? От этого тошно. Она ненавидит жалость. Но ей так больно сейчас и намного больнее морально, чем физически, она не может сейчас надеть маску самого смелого человека, которому поебать на все.

Лиса слышит крик отца и заметно вздрагивает. Она хочет, чтобы её сейчас спасли. Закрыли от этого всего, от этого мира. Неужели она не заслуживает банального счастья? Она поднимает взгляд и сталкивается с карими глазами напротив, в которых читался страх, но Лисе показалось, что Дженни ей протянет руку помощи, в её глазах она будто увидела понимание. Но Ким никогда её не поймет. Она никогда не была в её шкурке, у Дженни все прекрасно. Она не знает, что такое боль.

И Лиса убегает, от этих криков. От этого места, где все пропитано страхом и где нужно бороться за выживание. И убегает от этих глаз, которые смотрели в самую душу, которые могли в этот момент понять насколько Лиса была на самом деле хрупка и беззащитна. Манобан не может быть слабой, она должна быть сильной, в этом мире только так.

***

Больше Лиса не подходила к Дженни. Манобан отчасти не хотела больше встречаться с этими глазами. Она не хотела видеть жалость, её увидели слабой. Поэтому она даже не смотрела в сторону Дженни, ей было не по себе, она не хотела чувствовать себя уязвимой.

Ким же наоборот стало легче, Лиса больше не прожигала в ней дыру. Но Дженни иногда косилась на Манобан, теперь она стала понимать немного почему девушка была такой агрессивной. В тот день ей показалась, что она увидела Лису настоящей. Иногда Дженни думала, что ей нужно было как-то помочь, но потом она убирала эти мысли, Ким понимала, что по сути дела они чужие люди. Да и Дженни побаивалась Лису после всего что было.

— Хватит так на меня смотреть, — Лиса чувствовала на себе взгляд Дженни и это раздражало, — я не нуждаюсь в твоей жалости.

— Я и не смотрела так на тебя, — Дженни сама не любила жалость к себе. Да и Лису она не то, чтобы жалела, а скорее сочувствовала и могла понять, насколько Манобан было больно, когда собственный отец так поступает.

В этот момент к ним подошла Джису и встала перед Дженни. Она оглядела Лису, Джису ещё утром заметила подбитое лицо Манобан. Джису догадывалась, в чем дело, ей было жаль Лису. Как-то в детстве это произошло на её глазах, Джису очень испугалась тогда за Лису.

Но сейчас она переживала за Дженни. Ведь Лиса могла быть на агрессии из-за произошедшего и выпустить пар на Ким.

— Я не собиралась трогать твою подругу, — Лису начинало это бесить, она сжала кулаки, — смотрю, ты себе защитницу нашла, — Манобан последний раз взглянула на Дженни и увидела сожаления в глазах. Почему она так смотрит? Неужели она сейчас выглядит настолько жалкой.

Лиса пнула стул и тот с противным скрипом упал на пол. На этот шум все обернулись. Манобан злостно посмотрела на всех, забрала свои вещи, и начала направляться к выходу. Она опять сбегала от этих глаз. Если она останется, то точно не сдержится и ударит Дженни.

— У нас вообще-то ещё уроки, — кинула ей Джису, она не ожидала такого поведения от Лисы.

— Не представляешь как мне поебать, — Лиса даже не стала поворачиваться, она не хотела опять видеть Дженни.

Она не покажет свою слабость. Манобан чувствовала, на себе пристальный взгляд в спину и когда она вышла, облегченно выдохнула. Лиса сама не понимала, почему у неё такая реакция. Ведь она могла просто ударить Дженни и все. Показать свою силу, показать, что она не слабая. Но перед глазами все ещё стояла Дженни и ей казалось, что девушка все ещё пыталась протянуть руку помощи.