2. Тень в переулке

Бен Джексон стоял над телом Калеба Смита и чувствовал, как внутри что-то медленно, но неотвратимо рушится.
Утренний свет был ещё бледным, серым, как будто солнце решило сегодня не напрягаться. Переулок за прачечной освещался только одним фонарём - тем самым, который мигал уже неделю. Тело лежало в мусорном контейнере на боку, колени подтянуты к груди, будто Калеб в последнюю секунду попытался свернуться калачиком. Горло было перерезано одним движением - ровный, глубокий разрез от уха до уха, без рваных краёв. Кровь уже свернулась чёрной коркой на оранжевом жилете. В правом кармане жилета торчала визитка Бена - уголок аккуратно загнут, будто кто-то специально её туда сунул, чтобы нашли.
Техники работали молча. Фотограф щёлкал, судмедэксперт присел на корточки, осматривал рану. Бен стоял в стороне, руки в карманах, и смотрел не на тело, а на чёрный ход «Brown's Comfort Bowl». Дверь была закрыта. Окно кухни - тоже. Но вчера вечером, когда он уходил, дверь была приоткрыта. Он помнил это точно.
- Джексон, - капитан Рамирес подошёл сзади, голос низкий, усталый. - Это твой уборщик?
- Да. Калеб Смит. Главный подозреваемый.
Рамирес хмыкнул.
- Поздравляю. Ты его довёл до того, что кто-то решил заткнуть ему рот навсегда.
Бен не ответил. Он знал, что это звучит плохо. Очень плохо. Он сам вчера утром оставил карточку Калебу. А теперь Калеб мёртв. И если кто-то из прессы или из начальства захочет копнуть - получится, что детектив Джексон спугнул свидетеля (или подозреваемого), и тот заплатил за это жизнью.
- Когда примерно? - спросил Бен у судмедэксперта.
- Судя по температуре и rigor - между двумя и четырьмя утра. Точнее скажу после вскрытия.
Бен кивнул. В это время он спал. Дома. Один. Без алиби, которое можно было бы предъявить кому-то, кроме самого себя.
Он отошёл в сторону, достал телефон и набрал номер патрульного, который вчера вечером должен был наблюдать за районом.
- Майклс, это Джексон. Ты вчера в районе Kennedy был?
- Да, сэр. С двадцати трёх до семи.
- Видел кого-нибудь у переулка за «Brown's»?
Пауза.
- Только хозяина ресторана. Феликса, кажется. Он выходил покурить где-то в полвторого ночи. Потом зашёл обратно. Больше никого.
- Он тебя видел?
- Нет. Я стоял за углом, в тени. Он даже не посмотрел в мою сторону.
Бен закрыл глаза на секунду.
- Спасибо.
Он положил трубку. Феликс выходил курить в полвторого. А Калеб был убит между двумя и четырьмя. Временной промежуток - два с половиной часа. Достаточно, чтобы успеть.
Но Феликс? Тот самый Феликс, который каждый день наливал ему кофе и улыбался так, будто Бен - единственный человек в мире, которого он рад видеть?
Бен покачал головой. Слишком дико. Слишком просто. Убийца не может быть тем, кто каждый день кормит тебя самым вкусным мясом в районе.
Он вернулся к телу. Посмотрел ещё раз на визитку в кармане. Кто-то хотел, чтобы он её нашёл. Кто-то хотел, чтобы он почувствовал вину.
Или отвлёкся.
Он дал техникам закончить работу и пошёл в участок. По дороге заехал в «Brown's». Не потому что хотел есть. Потому что хотел посмотреть Феликсу в глаза.
Ресторан открывался в одиннадцать. Было без четверти. Дверь была заперта, но через стекло Бен увидел движение внутри. Феликс расставлял стулья, протирал столы. Фартук чистый. Как всегда.
Бен постучал.
Феликс поднял голову, улыбнулся и открыл.
- Детектив. Рано. Супа ещё нет, но кофе могу сварить.
- Не за супом, - Бен вошёл. Запах внутри был уже знакомым: лук, чеснок, специи, что-то мясное, тёплое. - Слышал новости?
Феликс замер с тряпкой в руке.
- Про уборщика? Да... ужасно. Только что по радио сказали. Бедняга.
Он покачал головой, будто искренне переживал.
Бен сел у стойки. Смотрел, как Феликс включает кофеварку.
- Ты его знал?
- Калеба? Видел каждый день. Он всегда мёл перед входом. Иногда заходил за водой - я давал ему бутылку из холодильника. Тихий был. Никогда не жаловался.
Бен кивнул.
- Вчера вечером ты выходил курить поздно?
Феликс не дрогнул. Поставил чашку перед Беном.
- Да. Около полвторого. Жара невыносимая днём, а ночью наконец-то можно дышать. Сидел на ступеньках чёрного хода минут десять. Потом зашёл, закрыл и пошёл спать. Живу наверху, над кухней.
- Никого не видел?
- Никого. Только крысы шуршали в баках.
Бен отпил кофе. Горячий, крепкий, без горечи. Как всегда идеальный.
- А переулок? Ты не слышал ничего странного?
Феликс пожал плечами.
- Переулок всегда странный по ночам. Шум машин с Kennedy, иногда пьяные орут. Но ничего такого... криков, драк - нет. Если бы услышал - позвонил бы 911.
Он посмотрел на Бена прямо.
- Ты ведь не думаешь, что это я?
Вопрос был задан спокойно, почти шутливо. Но в глазах Феликса мелькнуло что-то острое, внимательное.
Бен усмехнулся.
- Если бы думал - уже бы в наручниках сидел. Просто спрашиваю всех, кто рядом работает.
Феликс кивнул, будто принял объяснение.
- Понимаю. Тяжёлая работа. Хочешь, я тебе сегодня что-нибудь особенное сделаю? Чтобы отвлечься. Приходи к обеду. Будет новое блюдо. Свиная грудинка, копчёная на вишнёвых опилках, с соусом на основе бурбона и мёда. Тает во рту.
Бен почувствовал, как желудок предательски сжался от голода.
- Посмотрим, - сказал он. - Спасибо за кофе.
Он вышел.
Весь день он копался в деле Калеба. Проверял алиби, опрашивал соседей по приюту, смотрел записи с ближайших камер. Ничего. Камера на углу Kennedy показывала только, как Калеб заходит в переулок в 2:47 - один. Дальше - слепая зона. Ни входа, ни выхода. Ни одной машины. Ни одного человека.
Кто-то знал, где камеры не достают.
Бен вернулся в «Brown's» в час дня. Не мог не вернуться.