Глава 7. Преступление и наказание
Спустя 3 месяца.
Тишина в архиве была особого свойства — густая, вязкая, впитывающая каждый звук, словно вата. Даже собственное дыхание Германа казалось ему оглушительным руганьем. Воздух пах пылью и старой бумагой — запах времени, законсервированного в картонных коробах и на стальных стеллажах, уходящих в темноту под потолком.
Герман двигался с отработанной, почти инстинктивной плавностью. Он не крался — он просто был частью этого молчаливого мира. Его темный костюм сливался с тенями, а мягкая подошва туфель не оставляла следов на линолеуме. Он знал расписание обходов охранника, знал мертвые зоны камер, знал точный угол их обзора. Эти знания были выверены до миллиметра и секунды. Не для этого. Никогда не думал, что они понадобятся для этого.
— Мне срочно нужно найти эту чертову папку, не попав под камеры.
Голос мужчины был сломанным, старым. Таким он не был даже после смерти матери. И Герман, рациональный, холодный агент, который всегда следовал протоколу, не мог сказать «нет».
Стеллаж Z-198. Дело № 73-AC-447.
Вот оно. Синяя, потрепанная папка с выцветшей биркой. Сердце Германа не заколотилось чаще — он не позволил. Он лишь сделал глубокий вдох, заставив руки оставаться в покое. Он вытащил папку, ощутив под пальцами шершавую поверхность. Она была тяжелее, чем казалось.
Внезапно с дальнего конца зала донесся металлический лязг — захлопнулась дверь лифта. Охранник. По графику его здесь быть не должно.
Мозг Германа проанализировал ситуацию быстрее любой машины. Решение пришло мгновенно. Он быстро прошел по тому же пути и вышел, спрятав папку под пиджак.
Герман не двигался, пока звуки шагов не затихли в другом крыле. Только тогда он смог пройти обратно в свой кабинет. Ладонь была влажной. Он крепче прижал к груди синюю папку, этот спрессованный комок чьих-то секретов и отцовской боли, и бесшумно растворился в темноте, оставив архивы хранить свою новую, еще более глубокую тайну.
***
Пыльный воздух архива AISI был густым и сладковатым, пахнущим стареющей бумагой и пылью веков. Альберт прошел мимо стеллажа и заметил, что не хватает одной папки. Дело № 73-AC-447.
Именно эта бездумность и подвела его. Мозг, уже мысленно составивший отчет о выполненном поручении, вдруг споткнулся. Пальцы нащупали пустоту там, где её быть не должно. Он замер, повторил движение, уже медленнее, вглядываясь в порядковые номера. Так и есть. Пропуск. Отсутствовала папка под номером 73-AC-447. Та самая, что фигурировала в его задании особой пометкой.