Пролог

Пятница, 19:00. Квартира Синклеров, тринадцатый этаж.

За большим столом собрались шесть человек. Грейс Синклер раскладывала по тарелкам запечённую курицу, Саманта Ривз поправляла салфетки, а Чарли и Эндрю уже открыли бутылку вина и о чём-то оживлённо спорили, как делали это каждую пятницу последние лет пятнадцать.

Элизабетт сидела с одной стороны стола, Доминик — с другой. Максимально далеко друг от друга. Ровно настолько, насколько позволяли размеры кухни.

— Передашь соль? — спросила Элизабетт, даже не глядя в его сторону.

— Руки отсохнут? — парировал Доминик, но соль всё же подвинул.

— Отсохнут, если буду к тебе тянуться. Ты же как чума — ближе трёх метров опасно.

— А ты как аллергия. Вроде мелочь, а жить мешаешь.

Грейс закатила глаза.

— Дети, может, хватит? Мы за одним столом сидим.

— Мы не дети, — синхронно ответили оба.

— О, как слаженно, — усмехнулся Чарли, подмигивая Эндрю. — Репетировали?

— Пап!

— Что? Я просто констатирую факт. У вас дуэт лучше, чем у некоторых профессиональных комиков.

Эндрю хмыкнул в бокал:

— Чарли, не трави. Они же сейчас начнут выяснять, у кого дуэт лучше.

— У нас нет дуэта, — отрезал Доминик. — У нас вынужденное соседство.

— Именно, — поддержала Элизабетт. — Если бы не вы...

— То мы бы вообще не разговаривали, — закончил Доминик.

Саманта, мама Доминика, смотрела на них с умилением, подперев щёку рукой.

— Какие они милые, — прошептала она Грейс.

— Ты серьёзно? — Грейс подняла бровь. — Они готовы убить друг друга.

— Это только сейчас. А в детстве они были не разлей вода. Помнишь, как они вместе кота спасали?

— Мама! — Доминик покраснел. — Мы это уже сто лет не обсуждаем.

— А зря. Это было мило.

Элизабетт фыркнула:

— Мило? Он тогда с дерева упал и полдня ныл.

— Я не ныл. Я терпел, пока ты мне рану заматывала своим дурацким бантиком.

— Бантик был стильный.

— Бантик был позорный.

— А по-моему, — вмешался Чарли, — вы оба были очаровательны. Эндрю, помнишь, как они потом этого кота назвали?

— Мяу, — синхронно выдохнули Элизабетт и Доминик.

И тут же отвели глаза друг от друга.

Повисла тишина. Слишком тяжёлая для простого ужина.

Грейс кашлянула:

— Так, кто хочет добавки?

— Я, — быстро сказала Элизабетт.

— Я тоже, — буркнул Доминик.

Саманта переглянулась с Грейс. Те понимающе улыбнулись.

— Они точно когда-нибудь помирятся, — шепнула Саманта.

— Или убьют друг друга, — так же шёпотом ответила Грейс.

Чарли поднял бокал:

— Я предлагаю тост. За соседей. За лучших соседей в мире. И за то, чтобы наши дети когда-нибудь перестали вести себя как герои мыльной оперы.