Девятая часть
Лиза всё‑таки на следующий день поговорила с мамой. Разговор, похоже, получился непростым — сестра вышла из кухни бледная, но с каким‑то решительным выражением лица. Мы с ней как раз заканчивали собираться в университет: я застёгивала куртку, Лиза проверяла содержимое рюкзака, — когда вдруг раздался резкий звонок в дверь.Я поспешила открыть. За дверью стоял курьер с большим букетом кремовых тюльпанов, аккуратно перевязанных тонкой лентой. Цветы выглядели так свежо и ярко, что на душе сразу стало теплее.
— Москвина Виктория? — уточнил курьер, сверившись с планшетом.
— Да, это я, — подтвердила я.
Он протянул планшет для подписи. Я быстро расписалась и, не скрывая любопытства, спросила:
— А от кого букет?
— К сожалению, не знаю, — ответил курьер. — Но к цветам прилагается записка.
Он передал мне небольшой белый конверт, пожелал хорошего дня и ушёл. Я закрыла дверь, нетерпеливо вскрыла конверт и достала сложенный листок. На нём аккуратным почерком было выведено: «Решил поднять тебе настроение. Твой К. Е.»Губы сами собой растянулись в улыбке — широкой, искренней. Букет казался каким‑то волшебным подарком, словно из сказки. Мама, наблюдавшая за происходящим из кухни, поджала губы, нахмурилась, но промолчала. Я сделала вид, что не заметила её неодобрения — сейчас всё это казалось неважным.По дороге в университет Лиза то и дело бросала на меня любопытные взгляды.
— Ну, и от кого это? — не выдержала она наконец.
Я хитро улыбнулась, покрутила записку в руках:
— Инициалы никого не напоминают?
Лиза на секунду замерла, потом её глаза расширились от удивления.
— Кирилл? — выдохнула она.
Я лишь молча кивнула, чувствуя, как теплеют щёки. Лиза хихикнула:
— Вот это да! И давно это у вас? Почему не рассказывала?
— Всё как‑то не было подходящего момента, — улыбнулась я.
Мы вошли в холл университета. Я ещё не успела снять куртку, как вдруг кто‑то резко притянул меня к себе сзади. Я вздрогнула от неожиданности, обернулась и подняла глаза. Передо мной стоял Кирилл — в своей обычной джинсовой куртке, с лёгкой улыбкой на губах. Прежде чем я успела что‑либо сказать, он наклонился и легко поцеловал меня в губы.
— Спасибо за цветы, — тихо произнесла я, чувствуя, как краснеют щёки.Кирилл улыбнулся, слегка коснулся моей руки:
— Твоя улыбка стоила всех усилий.
Лиза, стоявшая рядом, ухмыльнулась и, покачав головой, произнесла:
— Зря времени не теряете, я смотрю.
Мы все трое рассмеялись. В этот момент всё казалось правильным: и мамино неодобрение, которое теперь казалось не таким уж важным, и любопытство Лизы, и эта неожиданная, но такая приятная встреча с Кириллом. Впереди ждал обычный учебный день, но он уже обещал быть особенным.