2 глава
Разбудили Освальда падающие с неба капли несильного дождя. Продрав глаза, он принялся разминать затекшую шею, та болела, а потому поднялся мужчина постанывая и сразу огляделся вокруг. Как оказалось, противная морось разбудила и Тревора. Саммерс даже успел закутаться в куртку, но все равно стоял и ежился от утренней прохлады, всем своим видом демонстрируя, что оставаться под дождем был не намерен, а потому хотел поскорее продолжить путь. Тревор повернулся к проснувшемуся товарищу и хмыкнул:
— А вот Шон спит, как сурок.
Освальд небодро кивнул. Вспоминая вчерашний вечер, он удивлялся тому, что их еще не прикончили, ведь привал они устроили не так далеко от леса. Шайка Аластора могла убить их ночью, но тот, очевидно, не стал высовываться из Бо-Триз. По спине Уоррена пробежал холодок при мысли о Робине. Сглотнув, англичанин зашагал к своему коню, мирно пощипывающему траву и совершенно не обращающему внимания на дождь.
— Доброе утро, Барри, — тихо произнес Освальд, погладив коня по шее.
Обернувшись к друзьям, Уоррен увидел, как Тревор склонился прямо над рыжеволосым Шоном и пытался разбудить его:
— Вставай уже, черт тебя подери, а то помрешь не от пули и не от медведя, а от простуды, чертов идиот, — он слабо толкнул Лонгера ногой. — Конечно, Аластор и все дела, но имей совесть.
Шон неохотно открыл глаза и, увидев Тревора, пробубнил что-то похожее на «пошел ты» и поднялся на ноги. Освальд рассмеялся.
— Поесть надо, — вздохнул англичанин.
— У меня с собой консервы, — откликнулся Тревор. — И немного солонины.
— Этим не наешься, — включился в разговор полусонный Шон. — Нам бы размяться. Пристрелить какого-нибудь оленя и зажарить.
— О, от этого я бы не отказался, — Уоррен облизнул губы. — Тут водятся олени?
— Вроде. Может быть. Не уверен.
— Я видел одного, — улыбаясь, сказал Тревор. — Нам повезло, джентльмены.
Освальд усмехнулся и, заметно приободрившись, запрыгнул в седло. Тревор убрал винтовку за спину и тоже сел на лошадь, а Шон угрюмо направился к своему скакуну, ушедшему из лагеря на несколько десятков футов в поисках сочной и свежей зелени. Уже оказавшись в седле, Лонгер рысью повел коня к заждавшимся Освальду и Тревору, попутно разминая шею.
— Ну давай, показывай дорогу.