Глава 1
Глава 1. Игра в маску.
Ноябрьский вечер окутал город плотным туманом. Улицы пропитались запахом сырости и дорогого табака. В парадном зале дворца гремел оркестр, а свет хрустальных люстр мириадами искр дробился на пышных шелках и строгих фраках.
Эдан, молодой барон с безупречно выверенной улыбкой, опустил взгляд на холодный зал. Заметив едва видное пятно на натертом до блеска паркете, он поморщился — его лицо на мгновение исказила гримаса брезгливости. Он изучал присутствующих, препарируя каждую фигуру, всматриваясь в тени. Среди сверкающей толпы аристократов он искал не друзей — он искал материал для своей будущей работы.
Церемониймейстер провозгласил начало банкета, дебютантка которого была герцогиня Элеонора Фейро. Для большинства гостей этот вечер был лишь очередным поводом для сплетен, но в глазах Эдана все они выглядели забавным, жалким зрелищем. Они цеплялись за свои титулы, как утопающие за соломинку, совершенно не умея ими пользоваться.
— Не желаете ли подарить мне танец? — улыбка Эдана была безупречной, но совершенно пустой. Он даже не пытался скрыть это от самого себя.
С расчетливой галантностью он подошел к юной герцогине. Её имя гремело в свете, а герб Фейро внушал трепет. Однако для него она оставалась лишь «глупой девочкой», незаслуженно получившей власть.
Лицо Элеоноры дрогнуло от смущения, но в ее глазах загорелся интерес, и она вложила свою ладонь в его руку. Подхватив её, Эдан повел танец. Менуэт — воплощение изящества и строгого порядка — идеально подходил для его целей. Его уверенность слегка пугала. А доминирование проявлялось даже в танце, он не позволял партнерше проявить ни капли инициативы, жестко ведя её за собой. Кружась, он смотрел не на Элеонору, а на публику, ловя косые, полные зависти и презрения взгляды. В этот момент его жажда превосходства была утолена. Он стал центром этого блестящего фасада.
Шепот за их спинами становился всё громче:
— Неужели он уже нашел замену покойной супруге? Пожалуй, юноши сейчас не могут выражать сочувствие, сердце холоднее льда!
— А он вообще был на похоронах?.. Бедная Лидия Лайт, такая участь…
Внезапно голос Элеоноры, звонкий и резкий, прорезал гул толпы. Ее глаза бегали по залу, а ладони слегка вспотели.
— Какая глупость! — её возражение заставило оркестр будто бы играть тише. Импульсивность герцогини снова сделала её мишенью для пересудов.