Глава 23

Она поднимает веки. Осторожно, не без усилий. Они свинцовые, давят на глазные яблоки, но пора вставать.

Энн медленно моргает и дышит еле-еле, словно её били всю ночь. Или утро. Или который сейчас вообще час. Девушка не видит окон, не чувствует под собой мягкость кровати. Что это? Где она?

Мысли лениво текут в голове, да и взгляд переходит с одного объекта на другой с той же скоростью. Свет в комнате приглушенный, но лампы под потолком имеются в достаточном количестве. Просто сейчас почему-то отключены.

Энн прощупывает пальцами поверхность под собой. Она жёсткая и холодная — покрытие охлаждает кожу на пояснице, где задралась рубашка. Благо, одежда на Энн. Девушка шевелит ногами и понимает, что ботинки тоже никуда не делись.

Не слышно ни голосов, ни шагов. Куда ей довелось попасть? Энн неспешно (шея затекла) поворачивает голову влево и видит лишь серую стену. Затем — вправо. Брови ненадолго поднимаются, а взгляд проясняется на короткие доли секунды. Ей достаточно протянуть руку, — что она и делает осторожно, будто боясь промахнуться — чтобы коснуться его руки, его лица.

Это Алекс. Он спит, но веки его чуть подрагивают. Что ему снится?

Нет, не время об этом думать. Энн действительно хочет его разбудить, но всё же стремится сперва оценить обстановку. Ненадолго прикрывает глаза, стремясь подавить усталость, но в то же время давая ей волю. А когда открывает, видит рядом с Алексом ещё двух людей, среди которых незнакомый человек и Дэниэл. Тот, что не знаком — врач, если судить по белому халату и рукам в перчатках. Оба с сосредоточенными лицами, и оба почти одновременно замечают, что Энн проснулась и смотрит на них, усиленно моргая, чтобы прогнать тяжесть век.

— Кто вы и почему мы вам нужны? — заплетающимся языком говорит Энн, изо всех сил выталкивая из себя эти слова, мечтая даже плюнуть их прямо в лицо мужчине и парню. Второму — особенно. Первый пока вызывает лёгкое опасение, но вполне близок к той точке, где заставит Энн ощутить лютую ненависть и злость.