Глава 24
— Ну а теперь долой все глупые разговоры! — злится Дэниэл, широко раздувая ноздри. Его речь ещё не окончена. — Слишком часто ты, Алекс, спасал тех, кого не надо было спасать. Стремился к собственным целям. Тебе стоило быть осторожнее, ведь то количество людей, которое поступало в Баланс, не могло не вызвать подозрения. Правда, сейчас мы разберёмся с последствиями твоей глупости.
Энн не сразу понимает, что подразумевает под этими словам Дэниэл. Она со всем вниманием наблюдает за тем, как тот подталкивает второго врача к выходу, добавляя что-то вроде: «Я позову тебя через некоторое время, когда понадобится помощь». Девушка не запоминает точных слов. Она хмурится, когда видит, как из белого шкафчика Дэниэл достаёт фонарик и затем подходит вплотную к Алексу. Секундное промедление, а затем вскрик солдата. «Фонарик» утыкается ему в бок, и до Энн доходит, что за предмет в руках у Дэниэла. Алекс дёргается всем телом, инстинктивно уворачиваясь от действия электрошокера, и почти валится на пол, пока Дэниэл не успевает среагировать.
— Нет, мы ещё не закончили, — засопев от натуги, парень вдавливает плечи Алекса обратно в операционный стол. Нажимает на кнопку у изголовья, и тотчас конечности солдата фиксируются верёвками. То же самое, пока Энн не успела опомниться, Дэниэл делает и с девушкой.
Проснувшийся Алекс вскидывает руки, но те оказываются надёжно зафиксированными. Он рычит и сплёвывает в сторону.
— Сукин сын, тебе не пройдёт это даром.
Но Дэниэл его не слышит и делает пару шагов в сторону ступней солдата. Небрежно сбросив с него ботинки и стянув носки, подносит электрошокер ближе.
— Не надо! — Энн с трудом сдерживает тошноту и выкрикивает из последних сил. Но её здесь не существует, никто её не слышит. Дэниэл увлечён пыткой, а Алекс трясёт ногами и пытается подтянуть их к себе. Ничего не выходит. Новый разряд вновь обжигает его ноги. Солдат снова вскрикивает. Дёргает ногой, снося столик, на котором покоится его шлем. Тот падает на пол и покрывается трещиной. Алекс извивается всем телом и крепко стискивает челюсти почти до скрипа.
Энн еле дышит. Глаза застилает пелена слёз, а голова начинает кружиться.
— Это сдержит тебя от походов в Хаос, — комментирует Дэниэл.
Алекс, вероятно, хочет много чего сказать Дэниэлу, но острая боль заставляет его умолкнуть и лишь раз за разом мычать или орать во весь голос. Его ступни полнятся ожогами, но есть ещё и его здоровая рука, до которой рано или поздно садист тоже доберётся.