Часть 6. Новый знакомый

Девочка радостно болтала ногами сидя на краю крыши и вдыхала свежий весенний воздух.

– Ты уверена, что стоит сидеть на краю, учитывая, что ты отсюда упала? – обеспокоенно спросил мальчик, топчась позади нее.

– Не будь таким трусливым, Слава! – засмеялась она, – Уже больше двух лет прошло и к тому же, – в ее глазах сверкнула искра, свидетельствуя, что сейчас она сотворит глупость.

Девочка встала и, наклонившись, уперлась руками в бетон, а затем оторвала ноги от земли. Мальчик в панике наблюдал как она балансирует на руках.

– Я в отличной форме! – улыбка не сходила с ее лица, в том время как ее друг, казалось, вот-вот упадет в обморок от испуга.

– Да ты чокнулась! – он весь побелел и интуитивно протянул к ней руки, готовый схватить и оттащить, но прежде чем он успел это сделать, девочка, задорно смеясь, вернулась в привычное положение.

– Маленький слабенький трусишка! – ее смех уже перешел в подобие гогота, когда она снова села, свесив ноги с края.

Мальчик не обратил внимание на издевку и сел рядом, но ноги решил оставить стоять твердо на земле.

– Даже учитывая твой характер, ты сегодня необычайно активна, – он задумчиво рисовал ногой круги, – Что-то случилось?

Девочка выпрямилась и гордо ткнула себя в грудь:

– Меня удочеряют, – она просто сияла, говоря это, но мальчик при этих словах замер и заметно напрягся.

– И это...хорошо? – неуверенно спросил он, посмотрев на улыбающуюся подругу.

– Шутишь?! Да это же как вытянуть счастливый лотерейный билет! – она была почти возмущена подобным вопросом, – Ты хоть знаешь, что подростков почти никогда не берут в семью? Считают нас слишком сложными и взбалмошными, – казалось для девочки это был скорее комплимент, ведь она заулыбалась еще шире, – Они просто слабаки, которые боятся брать ответственность, – заключила она.

– Наверное... – проговорил мальчик, отводя взгляд. Вид у него был подавленный.

– Да абсолютно точно. Да и к тому же ты прекрасно знаешь, что из-за моей внешности я сильно выделяюсь, а эти трусы как от холеры меня шарахаются, – девочка на секунду замолчала, о чем-то думая, – Я думаю, что те, кто меня удочеряют не слабаки и не трусы, – она встала, смотря вдаль, – Я думаю, что они очень крутые. Быть может, они даже поддержат меня в моем желании стать прокурорам, – в ее глазах, казалось, засияли звезды, – И тогда я смогу изловить весь сброд, что гуляет по улицам, – она встала в боксерскую позу и нанесла два удара по воздуху, демонстрируя каким именно образом она это сделает, – Вроде тех увольней, что травили тебя или... – она запнулась на секунду, – той мерзавки, что столкнула меня.

Казалось, ее собственная речь показалась ей удовлетворительной, и она довольно повернулась, надеясь увидеть на лице друга ту же радость и воодушевление, что испытывала сама.

Но вместо этого, она увидела, что мальчик сидел абсолютно неподвижно и смотрел потупленным взглядом перед собой. Девочка подошла и села рядом:

– Все в порядке?

– Да, да. Я очень рад за тебя, – ответил он, даже не смотря на нее.

– Ты не умеешь врать. Колись давай, что не так, – девочка начинала злиться, потому что ненавидела, когда ей врут. Особенно когда это делал ее лучший друг.

– Я просто. Не знаю, – задумчиво проговорил он, потирая свое усеянное шрамами запястье, – Признаться я завидовал тебе, ведь у тебя нет родителей и ты живешь свободно. Видеть тебя такой счастливой сейчас кажется чем-то неправильным.

– Думаешь, я не заслуживаю иметь родителей?!

– Это не то что я имел ввиду. Просто...

– Просто что?

– Просто если у тебя появятся родители, то это значит, – глаза мальчика заблестели, – что я тебе больше не буду нужен?

Весь гнев девочки на секунду испарился при взгляде на маленького мальчика, усиленно трущего свои глаза. Но потом снова вспыхнул с новой силой:

– Считаешь, что я настолько безмозглая идиотка? Да как тебе в голову это пришло! – она грубо взяла парня за плечи и несколько раз тряхнула, – Дурак, ты думаешь я забуду про своего единственного лучшего друга едва у меня появятся родители?! Мне нужны сильные люди рядом, чтобы добиться своей цели, только и всего, – она дала заплаканному мальчику сильный щелбан. Тот айкнул и начал тереть свой лоб.

– Щелбан-то за что? – обиженно спросил он.

– Чтобы ты, маленький трусишка, перестал наконец разводить нюни, – язвительно сказала девочка, вставая и подходя к оставленным неподалеку портфелям, – Пошли. Урок скоро начнется.

Она пошла к выходу с крыши и обернулась у самой двери, наблюдая как худенький мальчик водрузил на хрупкие плечи тяжелый портфель и зашаркал следом. Она напоследок усмехнулась и открыла дверь. Но к ее удивлению она вышла не на лестничную площадку, которая была у них в школе, а каким-то образом во двор.

Она удивленно подняла голову.

Перед ней стоял парень, на голову выше нее. По неведомой причине ее переполнял гнев, и она громко прокричала:

– Что значит – уезжаешь?!

Парень испуганно дернулся, прикрыв уши руками.

– Боже ты мой. Зачем так орать? – он выпрямился и продолжил, – Родители отсылают меня учиться в лучший медицинский университет, – он запнулся и отвел взгляд, – Да и я сам хотел бы там учиться.

– Он на другом континенте! Ты шутишь?! Как ты можешь сообщать о чем-то настолько важном только сейчас?! – девушка кипела от возмущения.

Парень сжал кулаки.

– Как будто ты меня слушаешь! Ты все время проводишь со своей новой семьей! – у него задрожали руки, – А про меня ты совершенно забыла!

– Тебе не понять! У тебя всегда была семья и родители!

– Мои родители! – истерически смеясь, перебил парень и агрессивно задрал рукав, нечаянно оторвав пуговицу от манжеты. Вся рука была усыпана мелкими шрамами от никогда не заживающих до конца ран, перекрытые свежими синяками, – Вот что так называемые родители делают со мной еще с самого детства, и ты это знаешь! – ему пришлось сделать паузу, чтобы набрать новую порцию дыхания для очередного возгласа, – За тебя не выбирали профессию и не готовили к ней с гребанного детского сада. Не ты ненавидела каждую минуту, проведенную дома и не за тебя распланировали всю твою судьбу, включая даже гребанный университет.

Девушка обиженно прикусила губу, не сразу найдясь, что ответить.

– Ты только что сказал, что хочешь туда! – наконец прокричала она настолько громко, что мелькающие вокруг них силуэты начали оборачиваться.

– Да, хочу! – вторя ее тону ответил парень, – Потому что вопреки их выходкам я хочу стать врачем! А этот университет даст мне возможность вырваться из постоянного надзора и потом устроиться туда, куда я сам захочу! Но ты – Слава ткнул в подругу пальцем, – не хочешь этого понимать, ведь ослеплена только собой! Эгоистка! – он перевел дух и продолжил улыбаться, хотя глаза его блестели от подступающих слез, – А знаешь что? Можешь не приезжать провожать меня! Видеть тебя не желаю!

Он грубо отпихнул ее в сторону и зашагал прочь.

Девушка стояла, сжав кулаки, не сумев найти храбрость последовать за парнем. Ее всю трясло, а из глаза покатилась одна одинокая слеза, которую она тут же агрессивно стерла. Она громко дышала, уставившись на землю.

Но внезапно она растворилась у нее под ногами и Никс начала падать. Быстро махая руками, она попыталась выдавить из себя крик, но не вышло. Девушка зажмурилась, ожидая болезненного столкновения. Но вместо этого она медленно опустилась на что-то мягкое. Изумленно открыв глаза, Никс увидела, что сидит на заднем сидении машины.

Впереди сидели двое милых на вид человека. Справа – женщина средних лет с очаровательной улыбкой и небесно-голубыми глазами, которые так чудесно сочетались с ее светлыми кудряшками. Слева – мужчина, у которого в бороде и в густых черных волосах можно было увидеть несколько седых волос. Но это не мешало его карим глазам задорно сиять, пока он вместе со своей женой подпевал «Feeling Good» в исполнении Михаила Бабла, которую крутили по любимой радиопередаче семьи.

Атмосфера была удивительно легкой и непринужденной. Но девушка сзади них абсолютно не разделяла данного настроя. Она начала громко дышать через рот, задыхаясь, чувствуя, как ее охватывает паника.

Только не снова.

Никс отчаянно закричала, тряся отца за плечо:

– Папа, пожалуйста поехали домой! – она умоляла, дрожа всем телом.

Отец удивленно посмотрел на нее через зеркало заднего вида, а мама обеспокоенно обернулась:

– Все в порядке, пантерка?

Никс все сильнее кричала, не сдерживая льющиеся из глаз слезы:

– Пожалуйста, давайте вернемся домой!

Недоуменные взгляды родителей затмил встречный свет фар. Затем громкий гудок. Шины противно заскрипели, пытаясь как можно лучше сцепиться с асфальтом и избежать худшего. Но не вышло. Машину резко занесло. Передняя дверь слева была протаранена встречной фурой, смяв под себя водителя. Мужчина громко закричал от боли. Красная пелена застелила глаза. Было только и слышно, что крик. Мужской. Затем женский. И удар. Еще один. И еще. Машина крутилась словно была помещена в подобие центрифуги. Затем все резко стихло.

Когда пелена сошла девушка лежала на асфальте. Видимо вылетела через боковое стекло, ведь была не пристегнута. В ушах гудело, девушка не понимала где верх, где низ. Никс повернула голову на разбитую машину. Она знала, что увидит внутри. И все же, как по чьей-то указке, она, превозмогая боль поползла в сторону родителей. Достигнув цели, она с трудом приподнялась, ухватившись за место где раньше было стекло и замерла от увиденного.

Лица ее любимых людей были изуродованы. Бесчисленное количество переломанных и вывихнутых костей, при взгляде на которые пронзала невыносимая боль. Их одежда насквозь пропиталась кровью. Страшно представить, что творилось под ней.

Ее мужественный отец был едва узнаваем: одного глаза не была, челюсть переломана, шея неестественно накренена в сторону. Отвратительное зрелище. А ее мама, ее прекрасная милая мама стеклянным взглядом смотрела на свою любимую дочку и из ее рта струилась густая кровь.

Слезы хлынули из глаз Никс новым непрерывным потоком, и она забила по железной двери, заходясь в истерике.

– Нет! НЕТ! Мама! Папа!

Крик растворился в настигшем мраке.

Никс подсочила. Она открыла глаза, чувствуя, как по лбу стекает холодный пот. Глаза дрожали, дыхание сбилось. Девушке потребовалась минута прежде чем она осознала, что все увиденное было сном.

Она осмотрелась. Никс сидела на переднем сидении машины, пристегнув себя черным ремнем. Голос диктора из радиоприемника хриплым голосом рассказывал текущие новости и погоду.

«На всей территории возможна облачность с небольшими осадками» – говорил он вяло, явно ожидая момента, когда он сможет наконец закончить говорить свой текст и включить музыку.

Девушка повернула голову. Слава сосредоточенно вел машину, благополучно найденную на местной штраф-стоянке. Немного поторговавшись, они даже смогли сбить цену у заносчивого управляющего. Машина была как нельзя кстати, ведь к месту куда они направлялись не ходил ни поезд, ни какое-либо подобие общественного транспорта.

Парень явно не растерял свои навыки вождения, но за всю поездку он не проронил ни слова. Именно поэтому Никс и задремала. Впрочем, о последнем своем действии она теперь очень жалела.

Задумчиво переведя взгляд на кнопку около ручки двери, она подумала, что ей не повредит немного воздуха. Девушка нажала кнопку и окно с механическим звуков опустилось вниз на пару сантиметров. В салон тут же ворвался свежий ветер, впустив успокаивающий запах хвои.

– Все хорошо? – неожиданно прервал молчание Слава, – Выглядишь бледной.

– Да-да, все хорошо. Кошмар приснился, – ответила девушка, не отводя взгляд от мелькавших в окне деревьев.

Они ехали по трассе вдоль густого леса. Не смотря на густые зеленые кроны и яркое солнце, чаща казалась на редкость мрачной и зловещей.

Внезапно промелькнула тень. Был это зверь или человек непонятно, но девушка решила списать это на остатки сна.

– Долго нам еще ехать? – спросила она, отводя взгляд от окна.

– Проедем лес и будем на месте.

Снова молчание. На этот раз его решила прервать Никс.

– Как вообще вышло, что ты жил так далеко от места работы?

– Ну... – Слава помедлил, – Когда я закончил учебу, то решил избавиться от родительского контроля. Накопил денег и прилетел сюда. Наверное, главной моей ошибкой по приезду было покупать эту машину. – он горько усмехнулся, на секунду задумавшись о чем-то своем, – Лучше на эти деньги было снять более приличную квартиру.

– И ты каждый день проезжал 80 километров?

– Да. Нашел квартиру в соседнем городе, а работать ездил туда, где мы с тобой поговорили по душам.

Парень улыбнулся, задумчиво потрогав пластырь на щеке. Кей нервно усмехнулась в ответ и решила сменить тему:

– А работал ты кем? Я помню, ты хирургом хотел стать.

Слава резко замолчал, и улыбка сползла с его лица.

– Да, но по итогу я стал патологоанатом.

– Серьезно?

– Да. Быть может, если бы работал в твоем городе, то мы бы встретились при других обстоятельствах.

Атмосфера стала неловкой и одновременно с тем довольно печальной.

– Слушай, Слава...

Но прежде чем она договорила, Слава резко ударил по тормозам. Шины заскрипели, а сама машина задергалась, как от качки.

На дорогу выскочил лось. Сердце Никс быстро забилось. Она вжалась в сиденье, не издавая ни звука и не отводя взгляд от дороги.

«Откуда он взялся?!» – в панике думал в это время парень, – «Секунду назад дорога была абсолютно пустой.»

Он вывернул руль, пытаясь объехать зверя. Но тот будто специально хотел столкнуться с ними, ведь резко сменил траекторию движения. Расстояние было слишком маленьким и столкновение было неизбежно. Будь это олень – он бы растянулся прямо на кузове, но лось был раза в три выше и раза в четыре тяжелее. Машина лишь подбила его ноги, а вся громадная туша упала прямо на крышу. Железный лист прогнулся под большим весом, заставив находящихся внутри как можно сильнее опуститься вниз. Пассажиры с ужасом смотрели за происходящим. Казалось, они даже не дышат, не смея ни закричать, ни попытаться выбраться.

Лось в свою очередь встал и оперся грузными копытами прямо на капот машины. Железо жалобно скрипнуло прежде чем с грохотом прогнуться. Даже в салоне был слышен громкий хруст и шипенье. Явный признак того, что больше машина никуда не уедет.

Сойдя с машины, незваный гость лишь отряхнулся и не спеша направился в сторону леса. Казалось, он выполнил свою работу и больше никуда не торопиться. Сосновые ветки, будто расступились перед ним, приглашая зайти внутрь, и тут же смыкаясь позади него. Темный силуэт исчез в глубине леса.

Наконец отмерев девушка кое как повернулась в уменьшенном пространстве и несколькими мощными ударами выбила дверь. Слава последовал ее примеру и буквально вывалился со своего места.

– Гребаная тварь! – выругался он, вставая на ноги и немного пошатываясь, – Чтоб у тебя рога отсохли, выродок смрадящий!

Парень взял маленький камешек с асфальта и швырнул в сторону сосен, за которыми скрылся лось. Камешек не долетел до деревьев, стукнулся о край дороги и укатился в траву. Несколько раз выдохнув, Слава даже удивился своей эмоциональности. Он посмотрел на руку, которой швырял камень, и перевел взгляд на подругу.

Никс никак не реагировала. Она даже не вставала. Паника, таящаяся в ней с момента столкновения, захлестнула ее с головой. Она смотрела перед собой, стоя на четвереньках, и белки ее глаз дрожали. Дыхание сбилось, в висках пульсировало, голова гудела.

Парень обеспокоенно подошел:

– Никс...

Молчание в ответ. Гул нарастал. Замелькали картинки. Лица родителей, измазанных в крови.

– Никс!

Сирены скорой помощи, последние вздохи матери, два черных как уголь гроба.

– НИКС!

Наконец громкий возглас друга заставил эти мелькающие кусочки безумия утихнуть. Девушка ошарашенно повернулась на Славу.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.

Никс села, переводя взгляд на дрожащие ладони и тут же пряча их.

– Да. Да, я в порядке.

Абсолютно обратное было очевидно, но Слава не стал спорить и помог подруге подняться, позволив опереться на плечо. Затем он грустно перевел взгляд на смятую машину.

«Удивительно, что мы обошлись без серьезных увечий» – промелькнула мысль.

– Что будем делать теперь? – отвлекла его от размышлений подрагивающая Никс. Она явно пыталась держаться, но было непонятно надолго ли ее хватит.

Слава не успел ответить, ведь раздался оглушительный гудок автомобиля. Вздрогнув от неожиданности, двое потерпевших одновременно повернулись.

Около них припарковалась старое убитое жигули. Колесные диски, как и сам метал машины заметно поржавел. В некоторых местах даже виднелись черные дыры. Край лобового стекла со стороны водителя увенчивала паутина мелких трещин. Машина тряслась и кряхтела, будто была готова в любой момент распасться на запчасти. Затем она с глухим выдохом заглохла. При чем казалось, что сделала она это сама, без усилий водителя.

Не успели друзья отойти от шока и от того, как данное чудо вообще умудряется ехать, как из развалюхи выглянул пожилой мужчина.

У него были редкие седые волосы, глубоко посаженных глаз почти не было видно из-за обилия морщин, а меж желтых гнилых зубов зияли черные просветы. Впрочем, это ничуть не мешало ему ярко и даже задорно улыбаться.

Водитель удивительно органично смотрелся рядом со своим скакуном.

– Чаго, милые, неприятности у вас? – его голос был хриплый, пропитый. – Магу подсобѝть. – в нем четко слышались лукавость и издевка. – За небольшую цену рóзумеется, – он заулыбался еще шире.

Парень нервно посмотрел на Никс.

– Спасибо, мы как-нибудь сами, – поспешил он заверить странного мужчину.

– Не гаварыце глупостей, – возразил тот и довольно быстро для своего возраста сократил расстояние между ними. Вблизи было четко видно, что его кожа покрыта какими-то странными пятнами. Очень похоже на пятна лентиго, но отчего-то Славе казалось, что это не они.

Незнакомец же в это время грубо схватил еще не отошедшую Никс за запястье и с удивительной силой потащил ее к машине:

– Вам в этой глуши больше помочь некому. – почти пел он, подводя несопротивляющуюся девушку к своему скакуну, – Повезло, что я праезжал, а так бы весь день стóяли.

Слава растерялся и опомнился только когда Никс, как тряпичную куклу, усадили на переднее сиденье. Сделав дело, мужчина захлопнул дверь, явно довольный собой и обернулся на парня. Что-то недоброе, ненормальное было в этих туманных глазах.

Слава решил повиноваться и сел в машину сам, не дожидаясь пока его схватят. Едва он захлопнул дверь – в нос ударило отвратительное зловоние, и парень скривился. Выцветшие сиденья были в пятнах от какой-то вонючей дряни. Где-то выбивалась обивка, в которой копошились клопы.

«Нужно будет как следует продезинфицировать одежду после» – решил Слава, – «Если это после конечно настанет», – тут же закончил он мысль.

Водитель же не обратил никакого внимания на реакцию пассажира и плюхнулся на свое место. Машина заметно просела под его весом. Насвистывая какую-то мелодия, их новый знакомый стал заводить машину.

Слава же перевел взгляд на подругу. Та не шевелилась и никак не реагировала на происходящее. Ее потряхивало. Парень побоялся, что ее накроет еще один приступ и положил руку на плечо Никс. Та дернулась и стеклянными глазами посмотрела на друга.

– Все будет хорошо, слышишь? – максимально твердо и с присущим врачам спокойствием сказал он, – Мы живы и это главное.

Девушка неуверенно кивнула и отвернулась, смотря в окно.

Машина с громким визгом завелась и мужчина, удовлетворенно хмыкнув, нажал на газ.

Поездка была похожа на пытку. Постоянная тряска, хриплое чихание мотора, белый шум старого радио, которое никак не могло поймать волну совместно со стонущей при каждом переключении коробке передач создавало невыносимую какофонию звуков, от которой болела голова.

Вдобавок Слава то и дело ловил на себе замутненные глаза водителя, смотрящие на него через зеркало заднего вида. Его мутный взгляд метался то на него, то на притихшую сбоку Кей. Непонятно, как он умудрялся следить за дорогой. С его губ не спадала мерзкая улыбка.

– Чаго, милые, на экскурсию едите?

Он издевался. Глушь, в которую они ехали никак нельзя было назвать туристическим местом. Скорее грязной лужей, которую лучше обойти, чтобы не вляпаться.

Слава решил проигнорировать вопрос, но водитель невозмутимо продолжил:

– Месцы-то тут тихия, спокойные. Бывает, – его глаза сверкнули, – и голос-то свой чужим кажатся. А уж крик и вовсе – дьѐвольским.

Парень мечтал, чтобы их ржавая повозка двигалась быстрее. Казалось, они ехали невыносимо медленно. А мужчина все вел свой монолог:

– Лес наш гостей не любит. Вам повѐзло, милые, что ён тольки машину забрал. А то мог бы и души ваши утянуть.

Лес, будто подтверждая его слова, стал еще мрачнее. Или так показалось Славе. Густо посаженные хвойные и лиственные великаны возвышались непроходимой стеной и будто следили за ними. Сквозь густые верхушки пробивались редкие солнечные лучи. Ветер колыхал на ветру ветки и те будто всякий раз кланялись ему. А может они кланялись кому-то в лесу.

«Сраный лось» – почему-то сразу подумал парень.

Вся эта ситуация вместе со странным говором не доставляла ничего, кроме дискомфорта.

– Кóльки уж душ лес себе забрал в услужения. И все, бачыш, приезжие. Своих-то ён щадит.

– Если тут пропадают люди, то почему милиция до сих пор не приехала разбираться? – неожиданно для себя прервал его монолог парень.

Видимо, это привычка, которая сохранилась с психушки и выслушивания историй его соседа.

На словах про милицию девушка впереди поежилась, а рассказчик еще сильнее заулыбался, почти заскалился и не без удовольствия ответил:

– А уж кóли и приезжает кто сюды, то люди это адинóкия. Нясчастныя. А прóпажы и заявить некому из близких, а уж месныя никóли не пойдут на жертв леса жаловаться. Знаюць, что кóли лес зловáть, то и йих забрать может.

Парень искренне пожалел, что задал свой вопрос. И все же незачем подкреплять бредни сумасшедшего. Уж этого он наслушался. Еще бы был у него в руке транквилизатор, чтобы этот неугомонный старик наконец замолк. Но к сожалению, их новый знакомый решил выплеснуть на них все местные байки:

– Гавóраць, что глаза особенно лесу нравятся. Особенно, – он посмотрел на Славу, лукаво прищуриваясь, – до сподóбы ему те óчи, что цвет леса в себе носяць. Вось як твóи, милый. – он не сводил глаз с лица парня, ожидая его реакции.

Парень пытался остаться невозмутимым и безучастным, но все же поежился. Тут же всплыли слова его бывшего соседа по палате, и он раздраженно помотал головой, отгоняя наваждение.

Водитель перевел взгляд на дорогу, посчитав, что реакция его жертвы удовлетворительна. А потому он решил сменить цель.

– А ты, милая, чаго ж такая тусклая? Неужто не радая, что я вас вытащил?

Девушка не ответила и даже не повернула головы в его сторону. Но, как и в случае со Славой, мужчина не обратил никакого внимания на безучастность собеседницы.

– Гляджу, ты не с наших земель будешь. Корни-то твае далёкия, дикия. Тяжко тебе будет у нас.

Никс не сводила глаз с окна.

– Народ-то у нас закоренелый, старый. И кóмнями-то закидать мóжа кóли не по нраву прыдешься.

Девушка и на это ничего не ответила.

Наконец зловещая чащоба закончилась и показались покосившиеся крыши домов, из-за которых выглядывали ряды серых пятиэтажек. Машина остановилась посреди дороги, и водитель с хрустом затянул ручник.

– Ну что, милыя, а тяперь давайте óб óплате пагутарым? – и он с улыбкой защелкнул щеколды дверей, нажав на кнопку, блокируя пути отступления, – Я-то мнóго с вас не вóзьму, але ж сами понимаете – за бясплáтно дела не делаются.

Он потянулся к Никс, намереваясь положить свою иссохшую костлявую ладонь на плечо девушки, но та резко повернулась и наставила на него пистолет.

– Давай-ка, дед, лучше выпустишь нас по-хорошему, – она щелкнула предохранителем, – И список пропавших не дополнишь?

Но на удивление водитель даже бровью не повел. Он лишь вновь обнажил частокол своих кривых зубов и проговорил:

– Стреляй, коль хóш, милая, аднак жа смотри – черепушка-то у меня крепкáя. Мóжа и тебе в лоб адскóчить.

В его глазах заплясали огоньки. Он не мигая смотрел прямо на девушку. Где-то внутри нее заклокотал неизвестно откуда взявшийся страх. Но виду Никс не подала и лишь приставила холодную сталь к желтоватой коже противоположного лба.

– Двери. Открывай. Живо, – отчеканила она каждое слово.

Мужчина явно хотел что-то сказать, но неожиданно между ними возникла рука с купюрой. Оба слегка изумленно обернулись на Славу.

– Нам проблемы не нужны. Вот вам оплата и выпускайте нас, – проговорил он, смотря на водителя.

Тот усмехнулся и его скрюченные пальцы вцепились в протянутые деньги.

– Другой разгавóр, милыя.

Защелки с треском поднялись, хоть ни Никс, ни Слава не видели, чтобы водитель как-то двигался. Но оставаться и спрашивать об этом никто из них не хотел.

Они поспешно вышли из машины и захлопнули ржавую дверь. Никс поспешно спрятала пистолет в чехол под рубашкой, чтобы со стороны он не бросался в глаза. Они уже развернулись, чтобы уйти, но внезапно новый знакомый окликнул их:

– Не советовал бы вам в лес совáтися. А тебе, милая, – он ткнул пальцем в девушку, – не доставать бóльше ѝграшку. Месцы-то у нас старыя. Тогó и глядѝшь, нападут скóпам, повяжут да и в лес закинут.

И с этими словами он вновь завел свою машину и не спеша поехал в сторону города.