Глава 12.2

Аня

Дверь ударилась о дверной косяк за очередной девушкой, вкладывающей в меня свои силы, только опухшее лицо и печальный взгляд не в силах был замазать никакой тональник. Не создали ещё хайлайтера, который придавал бы блеск глазам.

Да, я выглядела в этом платье, как настоящая принцесса, всё было словно подобранно под меня, хоть о своих размерах я никого не предупреждала.

Полупрозрачный корсет. Грудь удерживали чашки под цвет кожи, которые были хорошо скрыты под гипюром и другой прозрачной тканью, всё это по верху было обильно украшено кружевами, подчёркивая мою пышную грудь. Камни умело варьировали степень прозрачности лифа.

Глубокий вырез на спине, доходивший до талии был украшен кружечной тесьмой белой и нежной, как первый снег в конце ноября, который ещё не успели запачкать люди. Внизу вырез был дополнен пятисантиметровой молнией, которая пряталась под лентой, вставленной в пояс.

Пояс выглядел не менее складно в целой картине этого роскошного одеяния. Атласная лента сзади затягивалась на пышный бант, концы которого уходили в складки опущенной юбки.

Сзади тянулся не длинный шлейф, сооружённый из кружев. Сама юбка была достаточно тяжёлой из-за нескольких слоёв, да и корсет всё же доставлял некоторые неудобства с непривычки.

Одинокая слезинка прокатилась по лицу, но я её не почувствовала, возможно из-за всей косметики, которая пыталась скрыть усталость и печаль.

Я смотрела на себя в зеркало и ощущала грусть, которая текла по моим венам через всё тело. Как же я хотела нарядиться в белое платье для любимого человека, а сейчас жизнь моя рушилась и в этом свадебном платье мне хотелось точно не на свадьбу.

Фата почти скрывала оголённую спину, заканчиваясь на линии ягодиц. Она была прикреплена шпильками, украшенными цветами к моим волосам цвета шоколада, прядки которых свисали по бокам лица.

Я была изящна, роскошна и несчастна. Зажмурилась, стараясь стереть пролетавшую перед глазами прошлую жизнь, все мои клятвы про любовь до гроба и про счастье с любимым. Я не смогла.

Со стороны двери послышался неловкий кашель.

Распахнула глаза и посмотрела в зеркало, стискивая челюсть.

- Ты прекрасна, – попытался сделать он комплимент, но я смяла юбку платья в ладонях, сдерживаясь из последних сил.

Мышцы болезненно постанывали, ныли при каждом движении, дрожали и слабели от переизбытка действий. Тело, которое дальше столовой за все эти дни никуда не ходило, сейчас изнывало.

- Нам нужно идти, – сказал Артём хмурясь.