Глава 12.1
Аня
Мне не верилось. Сегодня я выхожу замуж. С детства самым страшным для меня было выйти замуж за нелюбимого человека, а сейчас...
Бороться с собой и происходящим уже не было сил, а самое главное, что всё было бесполезным. У меня опустились руки. Никогда в этой жизни я не чувствовала себя такой опустошённой, но за эти пару дней я ощутила настолько громкой может быть тишина.
Я никуда не выходила из комнаты, хоть мне и не запрещали покидать её пределы. Алексей разрешал мне передвигаться по дому, ужинали мы строго вместе, он даже что-то рассказывал про то, как прошёл его день, но я не слушала.
Меня поглотила тишина и пустота. Я жила в коконе сплошных разочарований, а где-то над моей головой сгущались чёрные грозовые тучи, они даже не поливали меня дождём, просто нависали надо мной, пока всё кругом казалось тёмным и неестественным.
Казалось, что вместе с моим огоньком потух весь остальной мир. Я дышала, ела и спала каждый день на новом чистом белье, но жизнь эта была хуже смерти. Каждый день я содрогалась стоило двери в мою комнату открыться, а на четвёртый день меня будто отключили. Я погасла.
Не было больше страха и боли, я больше не плакала и не пыталась найти выход, просто сдалась. Отдала своё тело потоку судьбы. Только тело, ведь душа уже давно покинула меня.
Сегодня с самого утра дверь в мою комнату не закрывалась. Заходили какие-то женщины, раскладывали подарочные коробки, бархатные коробочки, видимо с украшениями переместились на туалетный столик, к которому мне страшно было подходить. Отвращение к такой себе стало последней каплей. Я сломалась.
Я смотрела на входящих, и выходящих людей безразлично, но все они улыбались мне, поздравляли с свадьбой, с прекрасным мужем и уходили, так и не получив от меня ни слова, ни даже вежливой улыбки.
Ко мне относились как к хозяйке, за все эти дни я ни разу не увидела жены и детей Римского, да и из персонала никто не обмолвился об этом. Мне было не интересно.
Когда дверь в мою комнату открылась в пятидесятый раз за сегодня я даже не подумала повернуться и скинуть с головы одеяло, под ним я чувствовала себя хоть немного спокойнее, здесь я закрылась от внешнего мира и совсем не хотела входить в него опять, ведь в нём все так хотели сделать мне больно, сломать меня.