Глава 42.
Зал пахнет резиной и мячом для кроссфита, потом там появляется запах пота, который каким-то образом всегда кажется базовым ароматом жизни — честным, не приукрашенным. Свет здесь надёжный и жёсткий: лампы бьют прямо вниз, очерчивая светлые квадраты на матах. В углу висит ржавая груша, у зеркала — стойка с гантелями, на полках — полотенца и бутылки с водой. Это не интерьер для фотографий, это место, где вещи проверяют тебя, а не ты — их.
Я держу для Билли её бутылку и чувствую, как дрожит лёгкая смесь нервов и азарта внизу живота. Она уговаривала три дня — мягко, хитро, с тем взглядом, который начинает при мне все разговоры с пожалуйста. Я уступила не потому что не устояла, а потому что сама хотела видеть, как она берёт новое. И да, чтобы пощипать её немного за ухо за наглость — это тоже.
Она появляется в зале в её привычном стиле — чёрные лёггинсы, короткий спортивный топ, кепка. Волосы собраны в невнятный хвост, парфюм едва слышим, но его ноты — цитрус и что-то древесное — проскальзывают даже сквозь заловую резину.
— Ну что, — говорю я и тут же замечаю, что голос надёжен, но чуть суше обычного. Это не нарочно — просто я в режиме тренера.
— Я готова, — отвечает она с таким видом, будто действительно готова на всё.
Сначала простая разминка: бег на месте, махи руками, круги плечами. Я показываю, Билли повторяет — неловко, но с интересом. Её тело слушается быстро: гибкость и ритм сразу видно. Она кидает кивок и пытается поднять колено выше — почти теряет равновесие, я ловлю её за талию. Пальцы её неожиданно тёплые, ладонь мягкая, и на секунду мир сужается: слышу только собственное дыхание и лёгкий скрип её кроссовок по мату.
— Всё в порядке? — спрашиваю, лицо прямо над её плечом.
— Да, — шепчет она и хитро улыбается.
Переходим к базовым элементам — уклон, шаг в сторону, перехват руки. Я объясняю теорию: «смещай центр, не корпус; ступни — как корни». Показываю на себе, медленно, чтобы она видела каждое движение. Затем просим её повторить с мягкой атакой — не силой, а намерением. Билли делает это по-крупному: ярко, на эмоции. С первым её замахом я делаю демонстрацию парирования, аккуратно направляю её руку так, чтобы она чувствовала траекторию.
— Ты слишком много визуализируешь рок-концерт в голове, — говорю ей, поправляя её локоть.
— А ты слишком вычурно объясняешь, — отшучивается она, но в голосе слышна концентрация.