Случайных находок не бывает

   Утро в Корпусе не принесло облегчения. Конни так и не сомкнул глаз. Весь остаток ночи он провел в неподвижности, вслушиваясь в мерное, безмятежное сопение Эрика. Каждое правило, продиктованное Джо, прокручивалось в голове, как заевшая пленка.
Эрик был прав в одном: наркотики есть в любой тюрьме. Но ни в одной тюрьме мира правила их сбыта не противоречили законам рынка. Дилеры хотят расширять круг клиентов, хотят, чтобы товар пробовали.

   Здесь же всё было наоборот. Ограниченный список. Запрет на пробу. Никаких вопросов. Это не было бизнесом. Это было регламентированным
распределением.

— Вставай, «напарник», — голос Эрика прозвучал буднично, почти весело.

Конни медленно открыл глаза. Эрик уже стоял у двери, бодро застегивая форменный ремень. Он выглядел свежим, выспавшимся и до тошноты обычным.
Будто и не было этой ночи. Будто он не стоял столбом, глядя, как Конни вжимают в бетонный пол. Будто не он подставил его под удар, открыв дверь.

Впрочем, друзьями они никогда и не были. Эрик был просто биологическим шумом, который теперь превратился в конвоира.

— Кофе сегодня в столовой дрянь, так что поторопись, — бросил Эрик, даже не глядя на Конни.

На краю койки Конни лежал небольшой сверток из плотной ткани. Конни сел, чувствуя, как в затылке пульсирует тупая боль, а шея саднит от ожога одеялом. Он посмотрел на сверток. Грязная, серая тряпка, в которой лежала его новая жизнь.

Его тошнило от самого себя, от этого воздуха и от осознания, что он сейчас сделает. Руки, израненные, мозолистые от уроков в академии ради защиты закона, медленно потянулись к свертку.

Он развернул ткань. Внутри лежало девять прозрачных зип-локов и сложенный вдвое листок бумаги. Конни взял один из пакетов и поднес к свету.

В академии он был лучшим на курсе криминалистики. Он мог с закрытыми глазами по текстуре отличить коричневый «джанк» героина от розоватого амфетамина. Он сдавал экзамены по органолептике, распознавая едкий запах марихуаны, кристаллический блеск кокаина или сероватую, пахнущую бытовой химией массу дешевых солей.

Этот порошок не был похож ни на что.

Он имел странный, жемчужный оттенок. Крупинки не блестели, а будто вытягивали свет из пространства вокруг себя. Вещество было слишком тяжелым — когда Конни качнул пакет, порошок перекатился по пластику с неестественной, почти металлической плотностью. Это не было синтетикой или травкой.

— Что это? — хрипло спросил он. Голос подвел, сорвавшись на гравий.