Гений в клетке
Холодный, ровный голос звучал из скрытых динамиков в потолке. Это была внутренняя, служебная трансляция, лишенная пафоса медиа, но наполненная холодной, служебной ложью.
«...Правительство утвердило Закон о Ключевой Дестабилизации в ответ на беспрецедентную кибератаку на финансовую инфраструктуру страны. В связи с этим, с сегодняшнего дня официально запущен "Проект Нимфа" — секретная, полностью автономная Колония для несовершеннолетних, совершивших преступления, угрожающие национальной безопасности. Это не тюрьма, а изолированный центр перевоспитания. В нем будет действовать система нулевого контакта, абсолютная изоляция от внешнего мира и беспрецедентные меры охраны. Центр предназначен для удержания наиболее одаренных, но опасных преступников, чьи интеллектуальные способности представляют прямую угрозу государству. С целью восстановления порядка».
Звук оборвался.
За столом, заваленным папками с грифом "СЕКРЕТНО", сидел начальник в строгом костюме. Он отложил папку с досье выключенных преступников и поднял взгляд.
Наступила тягучая, давящая тишина. Он медленно обвел взглядом опергруппу, которая прибыла по его приказу, задерживаясь на каждом лице. Это была авторитетная, уничижительная пауза, которая заставила молодых агентов выпрямиться.
Резким, грубым движением он швырнул пачку досье перед ними.
— Наша цель — Тесса Бианкарди. Более известна как глава и, — он сделал короткую, презрительную паузу, — Абсолютный Мозговой Центр хакерской команды под кодовым названием Альфа.
Начальник резко повернулся к женщине, стоящей у боковой электронной доски. Это была аналитик Парис, главный криминалист бюро, чьи данные всегда были холодны и неоспоримы.
— Парис, напомните этим... детям, с кем мы имеем дело.
Парис неспешно кивнула. Её голос был низким, четким и бесстрастным, но в нем слышалось научное восхищение, которое делало её слова еще более угрожающими.
— Тесса Бианкарди. Возраст семнадцать. Досье, — Парис жестом вывела на экран список достижений. — В пятнадцать лет она совершила невозможное — взломала глобальную систему маршрутизации воздушного трафика пяти стран и кратковременно создала хаос в небе. Это был её первый «социальный эксперимент».
По рядам опергруппы пронесся тихий, сухой шепот.
— Через год она пошла дальше. Создала необнаруживаемый вирус, который вскрыл зашифрованные архивы шести крупнейших мировых разведок — данные, считавшиеся неприступными с момента их создания. Агенты ЦРУ шептались, что она — богиня программирования.