Эпилог
Пространство выворачивало само себя наизнанку, теряя привычные оси и направления. Звук утрачивал форму и воспринимался не слухом, а всем телом. Свет больше не был бесплотным — он сгущался, ложился слоями и вел себя как материя. В этом хаосе, где рассудок захлебывался кровавой пеной, оставалась одна незыблемая точка. Их руки. Пока ладони были сплетены и пальцы Гвиневры сжимали пальцы Нортона, они оставались опорой друг для друга.
Они ступали по изменчивому пространству. Оно то затвердевало под ногами, то аморфно рассыпалось, грозя поглотить странников. Их манил голос, сотрясающий саму ткань бытия вибрациями, до боли знакомыми Нортону. Так звучала магия, тот самый гул, что он некогда ощущал от душ, от сражений мечами из Мглы или защитных барьеров. Но здесь звук становился все громче, превращаясь в дребезжание.
Тела Норта и Гвин начали меняться и искажаться, утрачивая привычную трехмерность. Они перестали ощущать плоть, сливаясь с окружением. Пространство вокруг них заламывалось под невозможными углами. Они видели цвета, не имеющие названий, и формы, которые невозможно было удержать в сознании.
Дребезжание обратилось в благостные переливы. Ощущение собственного «я» истончалось, уступая место сопричастности Нечто. Все вокруг засияло мириадами искр, каждая из которых была Вселенной со своими законами и правилами. Рассмотреть их как следует они не успели — пространство схлопнулось. Переливы магии достигли апогея. Норт и Гвиневра остановили путь, замерев в пустоте, заполненной неисчисляемым количеством душ.
Чем дольше Мать и Отец вглядывались в души, тем более жуткими они казались. На миг оба пожелали вернуться домой, устрашившись неизвестного, и когда Создатель стиснул руку Создательницы крепче, разверзлось око Нечто, а души оказались малыми очами.
Понимание открылось Нортону и Гвиневре: они сами были частью великого замысла. Перед ними распростерлось Эйн-Соф — Божественная Беспредельность, Мгла, Нечто, лишенное лика и очертаний. Исток всего сущего. Из него вышли Яхве, Элохим, Брахма, Вишну, Шива, Зевс, Один, Ра, Ахурамазда. Все эти имена и сущности были познаны странниками в единый, ослепительный миг. Так же, мгновенно, им открылся и смысл бытия.