Глава 3. "Отражения в осколках" Часть 1. «Бегство по зеркалам»
Они не бежали, а растворялись в городе, как чернильная капля в грязной воде. Алекс вела его не по улицам, а по её личному лабиринту: через чёрные ходы подземных гаражей, по шатким пожарным лестницам, через дворы-колодцы, где даже днём царил полумрак. Максим, привыкший к протоколам и патрульным маршрутам, с изумлением осознавал, что существует целый город-призрак, наложенный поверх знакомого. Город Александрии.
— Куда мы? — выдохнул он, когда они остановились, прижавшись к сырой стене котельной. Сердце колотилось не от усталости, а от адреналиновой ярости и растерянности.
— В место, где Седов не полезет. Пока что, — она на мгновение закрыла глаза, прислушиваясь к ночи. В её движениях не было паники, только холодная, отточенная эффективность. — Его люди ищут тебя как сбежавшего офицера, а меня — как цель. Вместе мы для них непредсказуемый фактор. Им это не нравится.
— «Протокол "Призрак"», — прошипел Максим, вспоминая слова, подслушанные на мосту. — Что это?
Тень беспокойства скользнула по её лицу, так быстро, что он мог это принять за игру света.
— Легенда. Чёрная операция, о которой шепчутся даже в моих кругах. Говорят, это группа ликвидаторов внутри самой системы. Они не чинят правосудие, они... подравнивают реальность. Убирают неудобных. Как твоего отца. Как, возможно, и моего.
Она посмотрела на него прямо.
— Если они активированы, то мы с тобой — уже не люди. Мы — инциденты, ожидающие устранения.
~Убежище в памяти
Их пристанищем оказалась старая часовня при заброшенном кладбище, затерявшемся среди новостроек. Не Труба, но то же ощущение временности, того, что стены могут рухнуть в любой момент. Алекс щёлкнула выключателем — зажглись не лампы, а строгие светодиодные линии, вмонтированные в пол. Помещение было чистым, аскетичным: стол с мониторами, оружейный сейф, медицинская аптечка и... полка с консервами и детским питанием.
— Контрасты, — заметил он сухо.
— Реальность, — парировала она, снимая плащ. — Здесь можно переждать, можно собраться. И можно подумать.
Она подошла к сейфу, ввела код. Дверь открылась беззвучно. Внутри, среди пачек денег и жестких дисков, лежала та самая обгоревшая фотография с реки. Рядом с ней — ножны от того ножа, что был у Максима.
— Зачем ты её хранишь? — его голос сорвался. — Сувенир? Улика? Напоминание о том, кого ты предала?
Алекс взяла фотографию, провела пальцем по их смеющимся лицам.