Глава 7.

Джонни открыл глаза, и первое, что он почувствовал, — это боль. Острая, пульсирующая, как будто кто-то вбил ему в грудь раскалённый гвоздь. Он попытался пошевелиться, но тело не слушалось, словно его приковали к койке невидимыми цепями. Взгляд скользнул по потолку, белый, безликий, как пустота. Потом он услышал голос. 

— «Он очнулся», — кто-то сказал, и это был не Саймон. 

Джонни повернул голову, и его глаза встретились с Гасом и Роучем. Те стояли у двери, лица их были бледными, а в глазах читалась усталость. 

— «Где…» — Джонни попытался говорить, но голос звучал хрипло, как будто его горло пересохло от пепла. 

— «Саймон на бриффинге», — быстро ответил Гас, подходя ближе. «Он был здесь всё это время. Не отходил ни на шаг. Но сейчас… ему пришлось уйти». 

Джонни закрыл глаза, пытаясь собрать мысли в кучу. Два дня. Он был без сознания два дня. И Саймон… Саймон был здесь. 

— «Ты напугал нас, Джонни», — продолжил Роуч, его голос был тихим, но в нём чувствовалась дрожь. «Мы думали, что…» 

— «Не договаривай», — прервал его Джонни, открывая глаза. «Я знаю». 

Гас кивнул, его рука сжала край койки, костяшки пальцев побелели. 

— «Он не хотел уходить», — прошептал он. «Но приказ есть приказ». 

Джонни снова закрыл глаза, представляя Саймона. Его твёрдые руки, которые держали его, когда он терял сознание. Его голос, который звучал как якорь в этом хаосе. 

— «Он скоро вернётся», — сказал Гас, словно читая его мысли. 

Джонни кивнул, но не ответил. Его рука медленно поднялась, пальцы коснулись повязки на груди. Он чувствовал, как под ней пульсирует рана, напоминая о том, что он всё ещё жив. 

— «Ты должен отдохнуть», — сказал Гас, его голос стал мягче. «Саймон будет здесь, как только сможет». 

Джонни не ответил. Его мысли уже были далеко, в том вертолёте, где они были одни. Где мир перестал существовать. 

— «Он…» — начал Джонни, но голос снова подвёл его. 

— «Он любит тебя», — закончил за него Гас, его глаза были полны понимания. «И ты это знаешь». 

Джонни закрыл глаза, чувствуя, как тепло разливается по его груди. Это не было болью. Это было что-то другое. Что-то, что заставляло его сердце биться быстрее. 

— «Он вернётся», — повторил Гас, его голос звучал как обещание. 

Джонни кивнул, его рука сжала край койки. Он знал, что Саймон вернётся. И когда он вернётся, Джонни будет ждать его...