Глава 20 🪼
Ноа ещё спал, когда Нат вышел из душа. Или притворялся, что спал. В любом случае делал это очень соблазнительно, хотя даже почти не шевелился. Широкая полоска утреннего золотистого света лежала на его пояснице и обнажённых ягодицах. Спина медленно и равномерно приподнималась и опускалась.
Нат аккуратно лёг рядом и поправил полотенце на своих бёдрах. Ноа даже спать любил на животе, обняв подушку руками. Незначительная, но интересная деталь, которую Нат мог узнать только таким образом — проснуться с ним вместе. Нат гладил его взглядом, отмечая изгибы и впадинки, мельчайшие родинки и крохотные шрамы. Его вьющиеся волосы спутались, однако небрежный вид придавал дополнительных очков очаровательности. Ресницы подрагивали, отбрасывая длинные тени на скулы, а губы выглядели соблазнительно припухлыми после стольких поцелуев за ночь. И не только поцелуев.
Было что-то особенное в том, чтобы вот так просыпаться рядом друг с другом. Хотя на самом деле Нат такие вещи не любил. Они как будто накладывали на него обязательства, к которым он обычно никогда не был готов. Не то чтобы он чувствовал себя неловко на утро, когда кого-то приводил домой или когда оставался у кого-то. Но, наверное, именно утро ассоциировалось у него с совместным бытом, с единением, и, как показала практика, человек он вовсе не семейный.
Нат до сих пор не считал себя готовым для длительных серьёзных отношений. Возможно, сомневался в своей способности максимально вложиться в такие отношения. Возможно... боялся не получить аналогичного вовлечения в ответ. Опыт с Кэт словно подтверждал это. Он пытался увидеть в ней девушку, с которой ему захотелось бы разделить быт и семейную жизнь, однако больше, чем временного физического влечения, так в себе к ней и не нашёл.
Он не представлял, как могут сложиться их с Ноа отношения, но точно знал, что сейчас, в моменте, проснуться рядом с этим парнем оказалось приятно. Что самое интересное, из всех людей, с которыми он когда-либо встречал утро, нормально воспринимать он мог только Юэна. Но Нат объяснял это себе тем, что они давно знакомы и отношения их не пересекли черту дружбы. Даже когда они пьяные целовались на дне рождения Ната или когда... из-за чего поссорились...
Ноа заворочался, крепче обнимая подушку, и приоткрыл глаза.
— Не спишь? — спросил Нат.
— Уже нет, — произнёс Ноа утренним низким и хрипловатым голосом, от которого у Ната побежали мурашки по телу.
— Я разбудил тебя?
Ноа несколько раз медленно моргнул, словно проверяя то, о чём его спросили, затем нахмурился.